Отлично. Значит, мы достигли консенсуса.
Но когда над танком пролетел «крокодил», я очень засомневался в этом.
Глава 2. Танец дервиша
Турок развлекался тем, что выпаривал воду из болота. Я планировал объехать топь, но чудо-следопыты настояли на полевых испытаниях гауссгана.
Шел второй день нашей прогулки к Периметру.
Только мы выбрались из Припяти — сломался лентопротяжный механизм магнитофона. Я молил Хозяев, что бы на «Юпитере» так плохо делали только
комплектующие для аудиотехники.
С тех пор мы тащились в тишине. Я и Орфей молчали, потому что чувствовали угрозу, исходящую от каждого куста. И опасность становилась все
реальней. Мы трижды наталкивались на стоянки больших отрядов, опустевшие всего пару часов назад.
Турок, который от природы был неразговорчив, вдруг потребовал остановиться.
— Нах? — не понял юмора Орфей.
— Пострелять хочу. Надо ж осваивать новые технологии.
Я чуть не брякнул, что в этом нет необходимости. Все равно я не позволю сталкерам завладеть электромагнитным оружием.
— Притормози, дай пацану порезвиться, — попросил Орфей.
Технологии — это хорошо, но за броней куда больше шансов вляпаться в аномалию или накормить собой зубастого зверя. Раз уж Турку приспичило,
пусть истратит пару зарядов, не жалко. А если его при этом схарчат, я рыдать не буду.
Танк остановился, но Турок вовсе не спешил обрадовать меня скоропостижной смертью. Прежде чем выбраться наружу, он натянул на голову противогаз
и проверил «шмайссер». Гауссган он выбирал долго и придирчиво, будто винтовки хоть чем-то отличались одна от другой. Разгерметизировав люк, Турок
осторожно выглянул наружу, затем высунулся по пояс и, лишь пристально осмотрев окрестности, полностью вылез из танка.
С такими предосторожностями я не скоро промочу глотку на поминках сталкера. Но с паршивой овцы хоть шерсти клок — пока он ходит, я сменю
повязку на плече, а то с самого боя на холме, где по карателям шарахнули вакуумным фугасом, все недосуг было. Как бы не загноилась рана.
Шипя от боли, я принялся сдирать бинты.
— Держи дезинфекцию. — Орфей протянул мне флягу с водкой, которую выудил со дна походного рюкзака.
— Спасибо. — Я принял лекарство внутрь, чем удивил бывшего легионера. — Так надежней. А что это твой дружок затеял?
Как я и сказал, впереди раскинулось болото. Вот на нем-то Турок и испытал винтовку Гаусса. Заряд с шипением вошел в топь и, громко бахнув,
разметал по округе жареных тритонов и пласты торфа. Похоже, сталкеру понравился душ из вонючего кипятка. Второй заряд он тоже вогнал в болото — с
тем же эффектом. Когда я решил, что хватит баловаться, и грозно высунулся из люка, над ряской клубился туман.
Думаю, марево и привлекло внимание пилотов патрульного «крокодила». Пролетев над нами, Ми-24 завис у развалин, что темнели в полукилометре
южнее. Дело дрянь. Я до последнего момента надеялся, что мы тихонечко доползем до Периметра. Я большой, но в сказку верю. И вот — засветились.
Причем засветились — глупее не придумаешь.