— Это очень опасно… — Залита бросает быстрый взгляд на внука и, набрав воздуха, быстро продолжает, — может тебе лучше остаться у нас?
Я удивленно поднимаю голову от созерцания крышки стола и замечаю два напряженных взгляда. Так… Видно, я была права, Залита решила сделать меня снохой. Перевожу взгляд на Калима, и тот опускает глаза. Да, и что дальше? Остаться здесь навсегда? Собирать травки и доить коз? А через годит выйти замуж за Калима, если тот еще захочет жениться на мне? Он конечно симпатичный, но все же сразу так определиться… Да и потом…
— Спасибо, Залита, — говорю, стараясь сказать одновременно и правду и не обидеть, — но я не могу. Знаешь, я всегда мечтала попасть в волшебный мир, где есть магия и сказочные существа, но там, дома, у меня остались родители, и я их единственный ребенок. Они уже не молоды и больше детей у них не будет, да если бы и были… Я боюсь, Залита, очень боюсь, что вернувшись, я обнаружу что-то страшное. Я знаю, как они меня любят, и если я не вернусь, они сойдут с ума. Они ведь живут только ради меня…
Я замолкаю, потому что уже не в силах продолжать. Мама точно может покончить с собой, а у отца слабое сердце. Он просто не вынесет. Правда, я не знаю, как течет здесь время по отношению к нашему, может уже поздно, и дома прошли пару десятков лет… Кажется, у меня из глаз полились слезы. Я, правда, не плачу! Никогда при посторонних, но сейчас… Залита быстро меня обняла, а Калим протянул кружку с отваром.
— Не волнуйся, девочка, все будет хорошо, — Залита, кажется, начала меня укачивать, приговаривая, — все будет хорошо.
— Спасибо, Залита, но я, правда, должна, — я уже немного пришла в норму.
— Хорошо, — Калим, смотрит на меня с сочувствием, — я собирался в следующем месяце идти в столицу, наниматься в армию, — заметив мой изумленный взгляд, он ухмыльнулся и пояснил, — сейчас всех призывают. Так вот, пожалуй, месяц ждать не будем, я тебя провожу.
— Спасибо, — бормочу растроганно, действительно, мне повезло, — но мне даже нечем вас отблагодарить и денег местных нет…
— Не надо, — Залита обрывает меня, — деньги нам не нужны. Не оскорбляй нас, — и улыбается.
— Слушай, Калим, — обращаюсь я к парню, — я ведь с сумкой была, — он медленно кивает, — а ты ее принес?
Еще кивок, он встает и уходит, правда через минуту возвращается с сумкой.
— Вот, держи. А зачем она тебе?
— Посмотри, может, можно что-нибудь из этого продать? И вот еще, у меня есть немного золота, — начинаю снимать кольца и браслет. Цепочку с крестиком и серьги пока не трогаю.
— Да, ты права, таких вещиц у нас нет, — Калим внимательно разглядывает мои сокровища: пару ручек, калькулятор, сотовый, косметику, плеер, зажигалку (я не курю, но спички и зажигалку всегда ношу), блокнот с белой бумагой, мелочь, да и саму сумку, — только лучше это в городе продать, там больше получим. Ладно, давай так, — взглянув на меня, Калим продолжил, — завтра я соберу вещи в дорогу, а через день выходим. Идет?
— Идет, — улыбаюсь, даже настроение поднялось. Да, надежда великая вещь!
— Ну и отлично, — Залита, поднялась и улыбнулась, — а теперь спать. Завтра день тяжелый будет.
Спала я плохо. Полночи я вообще не могла уснуть, а вторую меня мучили кошмары, в которых я убегала от чудовищ, разбивалась о скалы и попадала в рабство. Но самым страшный приснился под утро: я прохожу сквозь портал и оказываюсь в своем мире, только вокруг уже не 2011, а 2111 год.