Я не доверяю тем, кто вечно улыбается. Баронер, ты будешь посредником.
– Я? – переспросил Кирк. – Я не хочу быть посредником.
– А разве я спрашиваю тебя, хочешь ты этого или нет? Что до всех остальных – мы, клингоны, славимся своей безжалостностью – и вы увидите, что не зря. За каждого убитого клингонского солдата будет казнена тысяча органиан. Мне нуженпорядок , ясно?
– Коммандер, – сказал Эйлборн, – уверяю Вас, мы не доставим вам хлопот.
– Вы не доставите, в этом я уверен. Баронер, иди за мной.
– А мистер Спок?
– Что это ты так за него беспокоишься?
– Он мой друг.
– Плохо же ты выбираешь себе друзей. Его допросят. Если он солгал, он умрёт. Если же он сказал правду… что ж, ему предстоит узнать, что для бизнеса наступили тяжёлые времена. Солдаты, уведите его.
Держа Спока на прицеле, клингонские солдаты стали теснить Спока к дверям; вулканец покорно вышел. Кирк двинулся было следом, но Кор оттолкнул его. Капитан почувствовал, как краска гнева заливает его лицо, но Кор лишь кивнул.
– А тебе не нравится, когда тебя толкают, – сказал он. – Это хорошо. По крайней мере, здесь есть один человек, которого я могу понять. Иди за мной.
Свой кабинет Кор устроил в той самой крепости, которую Кирк и Спок заметили, когда появились здесь. Вблизи и изнутри она выглядела ещё более древней. В одной из комнат Кор приказал повесить большой клингонский герб и поставить стол и один-единственный стул; Кирку пришлось стоять. Подписав документ, Кор швырнул его через стол Кирку.
– Размножить и развесить повсюду, – сказал он. – С этого дня любые сборища больше трёх человек запрещены. Все публикации – только с моего разрешения. Будет установлен контроль над населёнными пунктами, взяты заложники. Несколько длинноватый список нарушений, являющихся преступлением против Империи.
Чувствуя, что Кор не сводит с него взгляда, Кирк бесстрастно смотрел на список.
– Тебе это не нравится, да? – спросил клингонский губернатор.
– Это должно мне нравиться?
Кор лишь усмехнулся. В эту минуту дверь открылась, и клингонский лейтенант втолкнул в комнату Спока. К огромному облегчению Кирка, вулканец выглядел совершенно нормально.
– Ну что, лейтенант? – спросил Кор.
– Он тот, за кого себя выдаёт, коммандер, – отвечал лейтенант. – Вулканский купец по имени Спок. И он действительно торгует другим триллиумом – растением; похоже, оно здесь ценится.
– Больше ничего?
– Обычное беспокойство. Больше всего его заботит, как он сможет вести дела при оккупации. Его ум настолько нетренирован, что он совершенно ничего не мог скрыть.
– Ладно. Баронер, хочешь попробовать нашего правдоискателя?
– Я даже не знаю, что это такое.
– Просеиватель мозга. Или потрошитель мозга, в зависимости от того, на какую мощность его запускают. Если понадобится, мы можем выкачать из мозга всё, как насосом. Разумеется, то, что после этого остаётся, больше напоминает растение, чем человека.
– И вы этим гордитесь? – спросил Кирк.
– Всякое оружие неприятно, – отвечал Кор. – Иначе оно было бы бесполезным.
– Мистер Спок, Вы уверены, что с Вами всё в порядке?
– В полном порядке, Баронер. Однако это было необычное ощущение.
– Довольно. – В голосе Кора звучало нескрываемое подозрение. – Вулканец, ты можешь идти. Но учти, что ты представитель враждебной расы и находишься под постоянным наблюдением. Понял?
– Понял, коммандер, – сказал Спок.
– Баронер, возвращайся к своему совету и позаботься, чтобы указ был вывешен повсюду. Пока здешнее население не знает, как оно должно себя вести, ты отвечаешь за порядок.
– Головой, – сказал Кирк.
– Именно. Вижу, что ты тоже хорошо меня понимаешь.
Очутившись на улице Кирк, быстро огляделся.