Поблагодарив начальника, М'Бенга опустился в кресло. Медицинские бригады работали в бешеном темпе, поэтому он, как и сам Маккой, просто валился с ног.
Спок лежал на спине. Поза напряженная, лицо искривлено гримасой нестерпимого физического страдания. Маккой с трудом разобрал слова заклинания, которым вулканцы заговаривают боль:
– Я вулканец, мне не больно.
– Но ведь это не так, Спок. Почему ты не хочешь помочь себе?
Раненый вздрогнул, услышав знакомый голос.
– Быстрее, быстрее… – прохрипел вулканец, – …мистера Скотта, позовите мистера Скотта.
Споку пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не закричать от боли, когда он попытался приподняться. Маккой легонечко толкнул его назад.
– Ты должен лежать прямо и неподвижно. Эта железяка прошла слишком близко от позвоночника. Небольшой осколок еще остался в спине. Мы сможем его извлечь, когда ты немного поправишься. До тех пор ты должен использовать свою естественную саморегуляцию.
– Позовите Скотта, – продолжал настаивать Спок. Голос был слаб, но слова слышались отчетливо.
Поняв, что ничего не получится, пока вулканец не расслабится, Маккой сдался.
– Хорошо, я приведу его. А теперь отдыхай.
– Капитан… как он?
Хирург покачал головой.
– Плохо дело, – ответил он тихо. – А теперь ложись и расслабься, пока не придет Скотт. Я побуду с тобой до его прихода.
Спок прикрыл глаза. На лбу раненого блестели капельки пота, и врач обтер ему лицо салфеткой. О том, какую напряженную борьбу ведет с собой Спок, можно было судить по его стиснутым кулакам и синусоиде кардиограммы, пляшущей на мониторе, установленном у изголовья кровати.
Через несколько минут пришел Скотт. Было видно, что он тоже смертельно устал и держится только страшным усилием воли. Инженер не помнил в истории астронавтики случаев, когда бы выходила из строя внешняя защита звездолета. Требовались быстрые и эффективные меры, и Скотту некогда было отдыхать.
– Ну, что тут у вас случилось, док? Давайте быстрее, у меня корабль раскалывается пополам, – выпалил он, едва войдя в палату.
– Успокойся, Монти. Ты не можешь руководить в таком состоянии. Я бы посоветовал тебе поспать пару часов.
– И для этого нужно было приглашать меня в лазарет, док? Некогда сейчас отдыхать.
– Не я тебя звал. Это Спок. Он хочет что-то сообщить тебе и не успокоится, пока не добьется этого. Поговори с ним и убеди отдохнуть.
Вулканец открыл глаза. Медленно, с огромным трудом он произнес:
– Мистер Скотт… диверсия… это была диверсия… бомба… вахтенные не виноваты… на борту враг…
– Да, Спок. Мне тоже пришла в голову эта мысль. Я просмотрел все списки, на борту никого лишнего. Все из состава Звездного флота.
– Он мог обмануть службу безопасности. Проверьте еще раз… И скажите, что с кораблем?
Вулканец не смог закончить фразу. Прикрыв глаза, он пытался собраться с силами.
– Когда мы улетали, все было прекрасно, – чеканно отрапортовал Скотт. – Сейчас пятеро членов экипажа убиты, столько же ранено. Остальные в безопасности. Внешняя обшивка корпуса пробита. Все меры приняты, корабль управляем, ситуация контролируется. Не волнуйтесь.
– Хорошо, – прошептал Спок, – А теперь помогите мне. – Вулканец предпринял еще одну попытку приподняться.
Инженер оглянулся на Маккоя, который подал ему сигнал удалиться.
– Спокойно, Спок. Тебе нельзя вставать. Я ведь только что объяснил, что ты должен лежать. Кристина, принеси лекарство, – позвал Маккой стоящую в стороне сиделку.
Та быстро подала шприц с сильным обезболивающим.
– Следите, чтобы он не вставал, – распорядился Маккой и пошел взглянуть на капитана.
Кардиограмма оставляла желать лучшего. Маккой еще раз осмотрел Кирка и дважды проверил надежность запасного оборудования.