Ну, думаю, глюки на нервной почве, тихое помешательство (или не тихое?), схожу с ума. А боковым зрением замечаю, что отвисшая челюсть и круглые глаза не у меня одной. Наша главбухша тоже на Супера уставилась. Я перевела дыхание, вздохнув немного с облегчением, - хорошо, не я одна умом тронулась, глядишь, если что, в психушке вдвоем-то куда веселей будет: общие темы для разговоров, общие глюки. Мелочь, а приятно.
Я закрыла глаза, досчитала до пяти пролетающих мимо суперменов и вновь их открыла. Ага! Он все еще здесь, с той же «милой» улыбочкой на устах, преданностью в глазах и облегающем трико. Ладно, будем бороться с проблемой нахрапом - я его (глюк) вызвала, мне его и обратно отправлять. Честно говоря, не очень-то хотелось остаток своих дней делить жилплощадь со своей начальницей. Может, пронесет?
-Слушай, - говорю ему первое, что пришло на ум, - ты Землю обратно вертеть можешь? Ну, как тогда в кино: бац-бац, час назад, журналистку спас и обратно?
-Ну… - задумался он, - теоретически могу, правда, еще не пробовал ни разу.
-Не может быть! А как же журналистка?
-Это же в кино было. Персонаж из комиксов. - Он сморщился. - Напридумывают всякое, аж тошно. Реально же все совсем не так было. Я тогда…
-Не-не-не. Мне древних историй не надо. Захочу, «Мифы Древней Греции» почитаю. Ты мне скажи как на духу - повернешь обратно Землю или нет? Могёшь?
-В общем, да. Смогу.
-Здорово! Умница! Орел! Мне и надо-то всего на каких-то два дня назад вернуться, - «воодушевила» я его.
-Что-о-о?! Миледи, при всем моем почтении и уважении к вам (когда это он меня уже зауважать успел?), Совет будет категорически против подобных действий.
-А мы ему не скажем, - настаивала я, отмечая боковым зрением, что челюсть у главбуха на место не встала, а еще больше отвисла, а глаза ее грозили скоро превратиться в воздушные шарики и улететь. Как бы потом не пришлось еще за невропатолога платить. Блин, так никакой зарплаты не хватит. На что я жить буду с такими расходами?
Супермен «боролся» сам с собой. С одной стороны, хотелось сделать услугу «великой Миледи», с другой, - как он сам объяснил, Совет, если узнает, башку оторвет и каким-то зверушкам кинет.
-Ну, Кларк (Bay! Даже имя его киношное вспомнила - могу, когда нужно!). Ну, миленький, очень надо. На пару секундочек. Туда и обратно, - канючила я, страдальчески заламывая руки и делая тоскливые глаза. Я даже слезу подумывала пустить, но потом решила, что это уже будет перебор. - Я себе скажу там пару «ласковых» слов, и все.
-Нет (мое сердце упало), вы не можете разговаривать с собой, и даже показываться самой себе совершенно недопустимо. Оповестите себя как-нибудь по-другому.
-Ура! Конечно-конечно, я записочку себе напишу. Встану рядом со столом и суну ей (себе) под нос. А сама ни-ни. Даже носа не высуну! - Радостно прыгаю ему на шею (а он материален!), зажмуриваюсь и одаряю его долгим поцелуем (почему бы не воспользоваться моментом?). - Кларчик, ты правда это сделаешь для меня?
-Да, Миледи. Скорее пишите записку, я полетел.
Только я хотела ответить, он исчез. Просто испарился. Вроде только что был, а сейчас того… Тю-тю. Блин, наверное, я лежу в обмороке, распростертая на полу, между прочим, с утра не мытом. Сейчас плесканут на личико холодной воды, постучат по «розовым щечкам» и я очнусь. Паршиво, ничего не скажешь.
Вдруг все как-то странно задвигалось, задрожало.