— Да? А кто в прошлый раз сломал ему крыло?
— Но ведь я полетела!
— Ага. До первого дерева!
— Ну и ну, — шепот Вардо был тише перевернутой страницы.
— Ты вообще молчи! — рыкнула лиса. — Тебя вообще ничего, кроме учебы, не интересует.
Вампир хотела ответить, но тут дверь с грохотом врезалась в стену и в аудиторию шагнула высокая плечистая девушка. Короткие — в полпальца — темные волосы, физиономия в ссадинах и царапинах, злобный взгляд золотистых глаз. Платье — растрепано, пиджак — порван, на шее — кожаный ремешок, в ушах и носу — отвратительные варварские кольца. Эльвира не знала, каким чудом ректор заставила северянку носить форму, но при любом удобном случае бунтарка облачалась в пропахшие потом шкуры. Вместо корпения над учебниками оборотень предпочитала упражняться в зале поединков, а если достойной соперницы не находилось, сбегала и дралась по кабакам.
— Здорово, зубрилы, — Аджа держала в зубах обсосанную до белизны куриную косточку, хотя любую другую студентку за такую выходку отправили бы на дополнительные курсы этикета. — Может, уже покажете мне немного магии? А то все учитесь и учитесь, а толку нет.
— Шла бы ты мужичью бока мять, — фыркнула Кири.
— А кто это там тявкнул? — волчица нависла над лисой и хрустнула пальцами. — За хвост давно не таскали?
— Не лезь к нам, — принцесса встала рядом с сокурсницей, которую не шибко-то любила, но против такой засранки объединилась бы и с чертом.
— А то что? — Аджа сплюнула кость под ноги эльфийке и подбоченилась. — Мамке нажалуешься?
— Лучше не касайся этой темы, — глаза Эльвиры залило расплавленное золото, волосы приподнялись и заколыхались, словно в толще воды, а воздух затрещал от прилива магии.
Волчица осклабилась и повела носом.
— Препод идет. Потом продолжим… — и со смесью вызова и презрения добавила, — Ваше Высочество.
Как правило, этим все и заканчивалось — задира переключалась на более удобную мишень для издевок. После занятий девушки разошлись по комнатам, а Эльвиру чуть ли не под конвоем сопроводили к ректору, и Лала больше часа отчитывала подопечную за прогулы и пробелы. Блиц-опрос по курсовой эльфийка с треском провалила, назвав тему работы лишь со второй попытки — «Практическое применение портального колдовства в логистике: проблемы и ограничения». Лала покачала головой — мол, все с вами понятно — выдала дополненный план занятий и отправила в библиотеку за дополнительной литературой.
Книги выносить из читального зала запрещено — значит, придется до вечера (если не до ночи) нюхать вековую пыль в замогильной тишине и писать, пока рука не отвалится. Но что поделать — за провал мама точно не погладит по головке. И ладно велит наказать (пусть даже поркой) — так ведь может перевести в куда более строгое и закрытое учебное заведение, где ходят по струнке, живут в казарме и слыхом не слышали о переменах и свободном времени, а все студентки еще хуже Аджи.
Здесь принцесса худо-бедно освоилась, и уж лучше потратить пару дней для наверстывания упущенного, чем несколько лет томиться в мрачном замке. Обложившись гримуарами, девушка углубилась в чтение и перепись нужных статей, покуда не наткнулась на древний, чудом сохранившийся свиток, сплошь исчерченный таинственными символами. Примечания указывали, что это Эль’Карадар — усиленное заклинание перемещения, с помощью которого на заре эпох эльфы спасли пять ковчегов из разрушенной небесным огнем прародины.
Активировать магию могла только кровь истинных королей, потомком коих являлась девушка. Занятная штука, конечно, но для работы бесполезная. Стоит предупредить библиотекаря, чтобы прятала артефакты такой мощи получше, а то мало ли, вдруг кто порежется об…
Принцесса вскрикнула и сунула палец в рот. Поздно — край листа окрасился бурым, стены в тот же миг задрожали, а воздух резко похолодел.
— Ой-ой… — протянула Эльвира, глядя на ударившие из пола протуберанцы. — Что сейчас будет…
Глава 2. Очень странные дела
«Скорая» приехала через пять минут — ничего удивительного, ситуация экстренней некуда. Вместе с реанимацией прикатил и второй «бобик» по личному запросу Бабаева — близость странного дома сильно напрягала сержанта, и он не хотел рисковать беззащитными врачами.
Римма Валентиновна — зеленоглазый белокурый ангел — бесстрашно выскочила из салона и произнесла лишь одно слово:
— Где?
Бабаев в тайне восхищался мужеством и героизмом хрупкой тридцатилетней женщины, которая легко заткнула бы за пояс даже полевого медика. Ее бригада — самая оснащенная и опытная в городе, и потому ездит на самые сложные вызовы, когда жизнь человека висит на волоске. Ножевые, ДТП, инфаркты, инсульты, интоксикации — Римма вот уже много лет стоит на страже и зачастую действует сообща с полицией. Так сержант и познакомился со строгой, по-военному лаконичной красавицей, но дальше совместных вызовов дело до сих пор не дошло. И проблема не в том, что Римма замужем — как раз наоборот, муж бросил ее, и женщина одна воспитывала милую хмурую кроху — свою точную копию. Просто в бесконечно долгих сменах, переработках и домашних хлопотах не оставалось ни капли времени на отношения.
— Что тут у вас? — спросил старший сержант Никаноров из второго патруля.
— Чертовщина какая-то, — проворчал Бабаев, затушив окурок подошвой, и вкратце описал случившееся.
— Обалдеть, — присвистнул сослуживец. — Ладно. Думай, что в рапорте напишешь. Если что — прикроем. А мы пока дворец осмотрим. Глянем, кто такие хоромы отгрохал…
— Семен! — окликнул Бабаев. — Не торопились бы. Надо из центра Росгвардию вызвать.
— Зачем? — удивился полицейский. — Думаешь, там гнездо братков? Или притон?