- С вишней нет. Но есть варенье, - я улыбнулась, почувствовав, как расслабляются плечи.Будешь?
Я села за барную стойку, наблюдая, как Илья разливает чай. Светлая свободная футболка не скрывала широких плеч. Темные глаза, густые ресницы, суровая складка между бровей. Он повернулся спиной, и я невольно опустила взгляд ниже талии, после чего зажмурилась.
Илья протянул чашку, звякнув об стол стеклом часов с темным браслетом, и сел напротив. Я подперла ладонью лицо и стала ждать.
- Не смотри так, Рада, - Илья устало потер переносицу, словно рукой защищаясь от моего взгляда.
- Стесняешься?
- Боюсь не сдержаться.
К такому ответу я была готова, но отворачиваться не стала. Словно бес вселился, ей-богу.
- Может, тогда расскажешь, зачем мы сюда приехали?
- Неплохо было бы знать это самому.
Мы оба замолчали, я сделала глоток и обожгла язык, чертыхнувшись. Илья тут же подался вперед, нависая над столом, словно собираясь помочь, и мы неожиданно оказались всего в паре сантиметров друг от друга.
- Что случилось?встревоженные интонации в вопросе сменились иными. Пока я придумывала ответ, он вдруг мягко коснулся моего затылка ладонью, притягивая к себе, и поцеловал.
Наверное, никакой неожиданностью это не было. Наверное, я даже ждала этого момента, хоть и убеждала себя сбежать быстрее прочь. Поэтому наплевав на все, я начала отвечать на его действия взаимностью. Илья потянул меня еще сильнее, и я, не отпуская его твердых губ, взобралась на стол, сначала ладонями, потомколенями. Чашка с чаем опрокинулась на ноги, но это было ерундой. Его острый язык нежно касался моего, словно исследуя, и я в тот момент словно летела, не чувствуя гравитации. Еще секунды спустя я уже миновала разделявшую нас преграду, прижимаясь всем телом к нему. Ноги обхватывали мужские бедра, джинсы Ильи не скрывали того, что он возбужден. Его пальцы пытались справиться с пуговицами на блузке, а я всячески пыталась помочь ему избавить меня от одежды. Во мне не осталось ничего, кроме дикого желания. В конце концов, мужчина дернул блузку на груди в разные стороны, и я услышала, как по полу застучали оторванные пуговицы. Илья наклонился вперед, стягивая с плеч бретели бюстгальтера и касаясь груди горячими пальцами.
Звонок в дверь заставил нас отпрянуть друг от друга. Я тяжело дышала и пока еще была готова продолжить начатое, но звук не смолкал.
- Черт, - выругался Илья.Я сейчас.
Он вышел из кухни, оставив меня в одиночестве. Я отошла от стола и увидела свое отражение в зеркале.
- Твою мать!простонала, оценивая размазавшуюся помаду, задранную до бедер юбку с пятном от чая, блузку без пуговиц. Часы показывали половину второго ночи, и хоть мы с Радой не договаривались о точном времени, но нужно было возвращаться: пошли вторые сутки моего пребывания здесь.
Я не знала, как быть с Ильей. Не придумав ничего лучшего, сорвала с холодильника листок для записей и начеркала на нем дрожащей рукой «Не ищи меня. Пожалуйста».
Пробравшись на цыпочках в коридор, увидела, что Илья спустился вниз, к гаражам. Рядом была еще одна лестница, и что-то подсказывало, что это еще один выход из дома. Второпях натянув пальто и обувь, я сбежала вниз по ступенькам, открыла дверь и оказалась на улице.
Город окутал туман; пахло жженой листвой и курицей с чесноком. От запаха еды замутило, и я, закусив губу, побежала вперед, радуясь, что погода словно сама скрывает от взглядов. Нужно было вызвать такси, но я никак не могла сообразить, где нахожусь. Слоняться по улицам в такое времяне безопасное занятие, да еще была вероятность, что Илья все-таки решит найти беглянку, поэтому встав в тени раскидистого дерева, я включила навигацию на телефоне. Спустя десять минут такси уже везло меня к дому отца, а я смотрела в окно невидящим взглядом, чувствуя на себе аромат чужого мужчины и тепло его губ.
Отец уже спал, и я тихонько пробралась в ванную. Перед встречей с Радой стоило привести себя в порядок. Я бросила в стирку все вещи и попыталась придать лицу счастливое выражение прежде, чем усаживаться напротив зеркала.
- Бахталэс, - поприветствовала я своего двойника и сразу взялась за нож, делая разрез уже на правой руке.
На этот раз все прошло еще быстрее. Оказавшись в родном мире, я словно вынырнула на поверхность и смогла задышать полной грудью. Силы у обеих были на исходе; мы вкратце поделились событиями сегодняшнего дня. Говорить об Илье я не стала, надеясь, что либо это тайна так и умрет со мной, либо однажды наступит день, когда мне не будет стыдно за содеянное. Пока что эти воспоминания хотелось запрятать как можно глубже.
Рада рассказала, что Дима приезжал с извинениями, а папа пошел на мировую, согласившись на вторую встречу.
- А еще я привела тебя в порядок, накупила шмоток и провела весь день с выключенным телефоном. Так что можешь с легким сердцем жить дальше. И не стоит благодарности.
Отправив Раде воздушный поцелуй, я поднялась наверх, легла в кровать и начала плакать так, словно в очередной раз лишилась родного человека.
Последующие дни были ничем не примечательными, и меня безумно радовал этот факт. Я вернулась в свою квартиру, ходила на работу, разговаривала по телефону с Димкой, уехавшим на пару дней из города, и пыталась забыть чужой поцелуй.
В субботу утром я заехала к папе, решив, что стоит перетащить зеркало к себе. Мне не хватало общения со своим отраженьем, а приезжать в отчий дом с ночевкой с каждым разом становилось сложнее: Дима все чаще возражал против таких отлучек, не стесняясь в выражениях.
Иногда такое поведение пугало. Из души компании он превращался в тирана, пытавшегося запереть меня в четырех стенах, огородить от знакомых и навязать свое мнение. В глубине души я боялась этих вспышек гнева, но глупая надежда, что я в силах изменить чужой характер, не угасала.
Я установила зеркало, надеясь, что нам удастся поговорить с Радой до приезда жениха.
- Знаешь, а ведь мне стало интересно посмотреть, есть ли у нас такой же Дима, как и у тебя, - заговорила она первой.Он мог бы оказаться холостым и в моем мире, и кто знает, как сложилась бы наша дальнейшая судьба, - Рада сделала многозначительную паузу, и я уже готова была рассмеяться, как она продолжила.Но здесь Димка женат. Оказалось, что его супругамоя клиентка, и у нас много общих знакомых. Земля, конечно, полнится слухами, ноГоворят, Симаков торгует наркотой. Оттого у него дома, квартиры и машины.
- К чему ты клонишь?
- Ты же знаешь, что в наших мирах не все события параллельны. Но присмотрись к нему, слышишь? Ведь ты и сама не в курсе, где он работает и чем промышляет.
- Все, хватит на сегодня, - я резко встала.Не хочу об этом. Он порядочный человек. Может в твоем мире Димка и скотина, а в моембудущий муж.
Я вышла из комнаты, нервно хлопнув дверью. Да она с ума сошла! Димка по какой-то причине не нравился Раде с первого дня знакомства, и я склонялась к тому, что и это, как в случае с отцом, банальная ревность. Но сегодня мое отражение перешло все границы. Наши миры не всегда одинаковы, и чем больше времени проходит после смерти бабушки, тем больше разницы в жизни знакомых и близких мы видим. Глобальные вопросы, мировое господство, курс долларакаким-то образом в этом сохраняется синхронность, но когда дело касается истории одного человека, все становится по-другому. Роза рассказывала, что до нашего с Радой рождения судьбы женщин в нашем роду мало чем отличались между мирами, однако теперь все менялось сильнее и сильнее, и потому я не собиралась зацикливаться на чужих словах.
Плохое настроение заставило меня со злости отдраить всю квартиру, сварить ужин на роту солдат и разобрать старые бумаги. К приезду Димы я почти полностью успокоилась и смогла встретить его с улыбкой.
- Моя красавица, как я соскучился, - он с порога прижал меня к стене и начал стаскивать футболку.Мне так понравилось, что мы делали с тобой в доме у отца, что я всю неделю только о том и думал, - страстным шепотом проговорил мужчина, а я почувствовала, как вся краска сошла с лица.Ты же знаешь, как я люблю, чтобы жестко, да?
У отца? Неделю назад? Перед глазами замелькал поцелуй с Ильей, и только потом, следующим кадром, всплыла возможная сцена нашего с Симаковым примирения. Но, судя по всему, в главной роли была не я, а мой двойник.