Мария Летова, Мария Манич
Разрешаю смотреть
Глава 1
Приземлились?
Откидываю на лоб солнечные очки и, надув розовый пузырь из своей жвачки, быстро набираю ответ:
Успешно. А вы?
Булькающий звук справа оповещает о том, что на телефон моей сестры пришло аналогичное сообщение. Это фирменная методика воспитания моей матери, и она заключается в равном распределении внимания между мной и моей восьмилетней сестрой.
Мама пишет, докладывает та, почесав кончик носа. Спрашивает, встретили ли нас?
Пристроив ладонь домиком, укрываю дисплей телефона от яркого солнца и рассматриваю фотографию, которую получила секундой ранее. На ней моя лучшая подруга Саша чилит в бассейне на фоне буйной балийской зелени в компании белозубого парня, судя по цвету волос, шведа или, может быть, финна.
Бали
Солнце, океан, загорелые сёрфингисты, закрытая в университете сессия и море относительной свободы действий примерно так виделся мне ближайший месяц моей двадцатилетней жизни. Вместо этого
Вздыхаю и смотрю в окно машины, за которым одни сплошные кустарники и камни.
Кипр, я, сестра-восьмилетка и, как спасение, быстрый интернет.
Подняв руку, дёргаю на себя тонкий рыжий хвост вместе с чересчур умной головой сестры.
А-й-й-й! Сдурела?! возмущается она.
Прижимаю её щеку к своей, и мы обе дежурно улыбаемся на камеру, делая совместное селфи.
Попроси у них такое же, говорит Адель, заглядывая в экран.
Отправляю фото матери, приписав:
Аделя требует ответную фотографию.
Наши предки вошли в период новой молодости. Той, которая наступает ближе к сорока, поэтому свою младшую дочь они свалили на меня, затолкав нас обеих на Кипр, а сами отправились на выставку Высокие технологии в Арабские Эмираты. Выставка через две недели, так что сейчас они просто бездельничают. А я Я в ссылке. Есть за что, тем не менее я немного в обиде.
Девочки, здесь у нас молл: все магазины и кафе, раздаётся голос с водительского сиденья.
Это Женя очень хорошенькая кудрявая брюнетка слегка за тридцать пять. Она друг семьи и крёстная Адель. Женю я знаю с шестилетнего возраста, но в последние годы мы видимся нечасто. В последние годы они с семьей окопались здесь, на Кипре. Лично я для эмиграции выбрала бы что-то не такое сонное. И для отдыха тоже.
Ближайший месяц мы с сестрой проведём в доме Жени. Моя сестра астматик, и ей подходит этот климат. В доме Жени полно детей, а ещё там есть её престарелые родители. Класс?
Класс, тяну, провожая глазами уплывающий из вида торговый центр.
Мы живём в закрытом посёлке, там есть небольшой супермаркет и таверна, продолжает она, окончательно добивая мой энтузиазм. Все развлечения в основном в городе. Но скучно не будет! У нас бассейн, закат, гриль. Пляж, можно сказать, только наш, потому что к нему очень хитрый спуск
У-у-у Судя по всему, меня ждут волшебные вечера за стаканом лимонада и игрой в шахматы с пенсионерами.
А клубы по интересам есть? интересуется моя занудная восьмилетка.
Сделав медитативный вдох, проваливаюсь в свой телефон.
От моего парня со вчерашнего вечера нет вестей. Жую губы и отправляю ему сердечко. Мы встречаемся уже полгода и планировали пересечься на Бали. Разумеется, на то, что он притащится за мной сюда, я не рассчитываю. Теперь он остался в Москве. Работать в строительной фирме своего отца, а я а я приехала на детский курорт.
Наше пристанище двухэтажная вилла с видом на море. Выходя из машины, чистосердечно резюмирую:
Прекрасный у тебя дом.
Спасибо, легко отвечает Женя, открывая для нас багажник.
Много окон, светлый камень, синяя черепица, уложенная брусчаткой площадка очень по-киприотски.
Утерев пальцем капельки пота со лба, извлекаю из багажника два одинаковых громоздких чемодана.
Конец июня, воздух плавится, как и моя кожа.
А собака у тебя есть? болтает Адель, не собираясь мне помогать. На помощь Жени я тоже не рассчитываю, потому что она совершенно точно беременна. У нас есть Матрица, она сейчас с бабушкой. У неё болят суставы, ей пятнадцать лет.
У нас нет собаки, улыбается Женя, кладя ладонь на плечо моей вездесущей сестры. Увлекает её за собой, бормоча под нос: Только собаки мне ещё не хватало.
Собрав в хвост прилипшие к затылку волосы, кладу руки в задние карманы шорт и трогаюсь следом, решив вернуться за чемоданами позже.
О-о-о-о тяну, заходя в дом и запрокидывая голову к потолку от удовольствия, потому что потоки охлаждённого кондиционерами воздуха обступают меня со всех сторон.
Большая гостиная, портальные окна-двери, ведущие к бассейну, кухня-студия и большой обеденный стол.
Очень мило и минималистично. На полу перед домашним кинотеатром три игровых джойстика и большая тарелка недоеденных чипсов. У плиты хлопочет женщина с седыми волосами, собранными в пучок.
Улыбаюсь и здороваюсь.
Мам, сделаешь девочкам лимонад? обращается к ней хозяйка.
Уже одобрительно кивает та.
Собирая своим телом остывший комнатный воздух, двигаюсь вдоль стены, рассматривая фотографии и вставленные в рамки награды за участие во всевозможных мозговых штурмах и школьных олимпиадах. Лауреат некий Александр Немцев.
Ваши спальни на втором этаже, указывает Женя на коридор прямо за кухней.
Остановившись у стеклянной портальной двери, выглядываю во двор. Там лазурно-голубой бассейн и зона отдыха.
Или вас вместе поселить? предлагает хозяйка.
Нет! хором отвечаем мы с сестрой.
Поняла, улыбается Женя и кладёт руки на недвусмысленно округлившуюся талию.
Снова смотрю во двор, слегка вытягивая шею.
Боже, сколько здесь людей?
За стеклом у бассейна я вижу мальчика лет пяти, рядом с ним мужчину и ещё светловолосого подростка лет тринадцати, который сидит на краю бассейна.
У Немцевых двое детей, помимо того, который у Жени в животе. Не помню их возрастов, я их вообще никогда не видела.
Скоро ужинать будем доносится до меня голос Жениной матери.
А это ещё кто?
Рассматриваю жилистое тело высокого смуглого брюнета, который чистит сачком бассейн, натянув на лоб козырёк бейсболки. Голая спина блестит от капель воды, мокрые шорты прилипли к ногам и заднице.
Спортивный и очень смуглый. Очень спортивный. Вижу каждую мышцу на его спине и руках, пока он работает ими. Задница у него тоже спортивная, как и ноги, несмотря на то что он немного худощавый. Правая рука от локтя до запястья забита татуировками.
Хм
С любопытством слежу за каждым его движением и возвращаюсь к затылку, пытаясь разглядеть лицо.
Не отдавая особого отчёта действиям, сбрасываю шлепки и выхожу на улицу, открыв раздвижную дверь. Ступая на раскалённую плитку, подгибаю одну ногу и, перепрыгнув ступени, оказываюсь на прохладном зелёном настиле, который со стопроцентной вероятностью только что поливали из шланга.
А я ему говорю, ещё раз назовешь меня ботаном, дам в глаз! эмоционально сообщает мальчишка постарше.
Грамотно, на чистейшем русском поощряет хрипловатый и грубоватый мужской голос.
От звуков этого необычного тембра у меня вдруг щекочет где-то под рёбрами.
Он работает на Немцевых?
Это что, чистильщик бассейнов?
Телефон в моей руке булькает, уведомляя о новом входящем сообщении. Головы всех присутствующих у бассейна поворачиваются на звук. Три пары глаз разного возраста и цвета смотрят на меня вопросительно.
Агрессия это путь в никуда, раздаётся из-за спины нравоучительный голос сестры.
Дети смотрят на нас как на инопланетянок, а садовник
Лениво повернув голову, приподнимает пальцем козырек, оглядывая меня сверху донизу и обратно.
Тёмные густые брови еле заметно ползут вверх, глаза самую малость расширяются.
Миролюбиво улыбаюсь, рассматривая не самые правильные черты лица: крупный нос, тяжеловатую челюсть и полные губы. Тёмно-карие глаза и немного торчащие уши.