Он видел, как терзает её неизвестность, как рвутся наружу невысказанные слова и дрожат от волнения руки. Ну, конечно, там же Рэйнир старый друг! Ревность снова ущипнула за сердце, и ОРэн отвернулся к окну, чтобы не провожать уходящую девушку взглядом. Однако Мэл не ушла. Остановилась у двери и напомнила:
Ты не сказал, что за третья новость.
Хотел оставить её на потом, Альн продолжал смотреть в окно, но, так и быть, намекну, чтобы подогреть твоё любопытство. Экспедиция раскрыла секрет, почему планета Нова призвала Хранителя, и теперь ясно, какую проблему должен решить нефилим. В его голосе проскользнула усмешка: Интересно, как он один со всем этим справится?
Ему снился мирный, залитый утренним светом лагерь. Женщина по имени Зои, живая и невредимая, вынула из чудо-печки тарелку с едой и окликнула молодую помощницу:
Ильке! Отнеси профессору ужин.
«Смешное имя, подумал Рэйнир. Как будто в стакане встряхнули мелкие камешки».
И проснулся, чувствуя, что его левая рука почти полностью онемела. Он пошевелился: плечо ощущало непривычную тяжесть. Всё еще плохо соображая, Рэйн скосил глаза и увидел спутанные русые волосы.
На его руке спала девушка.
Та самая, с хвостиком, которую ну, надо же, вспомнил во сне! звали Ильке.
За стенами палатки уже рассвело.
Он стал прокручивать в памяти то, что случилось ночью.
Сперва они просто лежали рядом и целовались, сдержанно, как на первом свидании. А потом увлеклись настолько, что в какой-то момент Рэйн обнаружил, что ласкает губами её обнаженную грудь. Долгое воздержание сыграло с ним злую штуку: ощутив мягкость и податливость женского тела, он потерял над собой контроль. Девушка не противилась, скорее, наоборот, хотя он набросился на неё, как голодный хищник теперь это виделось ему так не особенно беспокоясь, получает ли она от этого удовольствие. А когда наконец его накрыла ослепительная волна наслаждения, он просто откинулся на спину и уснул. В один миг отключился и проспал до утра так крепко и безмятежно, как будто не было в его жизни ни потерь, ни близости смерти, ни войны прошлой или грядущей
Рэйнир прикусил губу и нахмурился.
Прежде он никогда не поступал так с доверившейся ему женщиной. Жгучее чувство вины и стыда охватило его, и он повернулся к спящей девушке, погладил по встрепанным волосам, по лицу. Может, еще не поздно исправиться? Пока все вокруг спят, он покажет ей, что умеет быть страстным, но при этом нежным и чутким.
Ильке открыла глаза, и он приподнялся, чтобы поцеловать её. Рука скользнула под тонкое походное одеяло, огладила упругую грудь, живот, потянулась ниже но девушка прервала поцелуй и отодвинулась. Рэйн ощутил, что она сжалась, и покаянно выдохнул:
Прости я вел себя, как животное. Не знаю, что на меня нашло.
Нет-нет, всё хорошо. Она слабо улыбнулась. Просто немного болит. Я ведь никогда раньше
Ильке смущенно умолкла. До Рэйнира не сразу дошло, потому что он ни разу не имел дела c inprimeira1: у всех его женщин, даже у Лилли, до него кто-то был.
Почему ты не сказала? растерялся он. Почему не остановила меня?
Она молчала.
Почему ты вообще пришла ко мне? Рэйн непонимающе смотрел на неё. Разве такого ты на самом деле хотела?
Он откинул одеяло, чтобы Ильке увидела его шрамы. Полученные не в бою: стыдно вспомнить, как он едва не стал добычей падальщиков. Но девушка села рядом и прижалась щекой к его плечу.
Я хотела, чтобы это был ты, тихо проговорила она. Потому что ты необыкновенный. Когда я увидела, на что ты способен, я почувствовала, что
Ильке нашла его ладонь, переплела пальцы, тихонько сжала. Ошеломленный происходящим Рэйнир молчал: он просто не знал, что сказать. В голове было пусто.
Прости, наверное, это было глупо и опрометчиво. Не дождавшись ответа, девушка со вздохом отслонилась и начала собирать одежду. Особенно если учесть, что я помолвлена и через две декады выхожу замуж.
За кого? машинально спросил он, пытаясь осознать только что услышанное.
Какая разница? Он ученый, биофизик. Умный, целеустремленный, талантливый. Родители от него в восторге. В её голосе Рэйн не слышал восторга, только какую-то обреченность. Мы знакомы уже много лет. Он так терпеливо ждал, так красиво ухаживал поэтому я в конце концов согласилась. Ильке комкала в руках и без того мятую рубашку. Но мне никогда не нравилось, как он целуется. Она опустила глаза. Ладно, не важно.
Не выходи за него, если не хочешь. Рэйнир не понимал, почему гражданские придают такое значение соблюдению всех этих церемоний. Для него всё было намного проще: есть любовь наслаждайся ею, нет любви ну значит нет.
Не могу, девушка покачала головой и продолжила одеваться. Я обещала. И потом приглашения разосланы, подарки куплены, платье сшито. Слишком поздно что-то менять. Да и ради чего? Чтобы снова остаться одной?
«Останься со мной, Ильке!» едва не вырвалось у него, но Рэйн вовремя опомнился. Что он мог предложить ей? Половину койки в казарме? Однообразные будни на базе, вдали от родных и друзей, в ожидании, когда он закончит службу? Можно было бы выйти в отставку, построить маленький дом на краю города, как мечталось им с Лилли если бы только его до сих пор не считали преступником и ренегатом. Ему было абсолютно нечего дать ей. И она наверняка это понимала. Она же умница это он идиот.
Спасибо тебе за всё, Рэй Нир. Ильке взяла в ладони его лицо и покрыла быстрыми поцелуями. Улыбнулась, но глаза её были грустными. Он хотел сказать «не уходи», но она приложила палец к его губам и скользнула к выходу. Когда полог палатки опустился за ней, Рэйн лег на спину и невидящим взором уставился в потолок. Такого смятения мыслей и чувств он давно уже не испытывал.
Через несколько крон снаружи раздался сигнал к подъему.
Лагерь пробудился позже обычного: раненым требовался покой, всем остальным пара лишних часов отдыха. После завтрака Инн выставила дежурных из числа тессарийцев, чтобы всю ночь простоявшие в дозоре разведчики смогли хоть немного поспать. Впрочем, опасаться пока было нечего: радар «Громобоя» молчал. Оставалось сидеть и ждать посланный командором транспорт.
Инн хотела еще раз поговорить с Сиром Асадом о зергах, чтобы узнать как можно больше, но накачанный обезболивающими профессор крепко спал и будить его не разрешили. Побоялись, что живым старика до базы не довезут.
Ему девяносто четыре года, и он лучший в Эмере специалист по электромагнитным излучениям, сказал Эл Адар. Если с ним что-то случится, Элли меня в порошок сотрет.
Мы вас задерживаем, вздохнула Инн. Надеюсь, ОРэн серьёзно отнёсся к моей просьбе поторопиться. Она подняла глаза на мужчину. Не могу поверить, что мы скоро расстанемся. Когда теперь получится увидеться вновь?
Думаю, в ближайшее время. Эл заправил ей за ухо выбившуюся прядь. Волна событий стремительно нарастает, и трудно предугадать, что будет с нами не то что через день даже через час. Но мы обязательно встретимся. Обещаю.
Мне нужно столько всего тебе рассказать Девушка потерла лоб. О группе особого реагирования «А-Нон-Тар», в которой я была офицером. О попытке свержения Патриарха и о том, как мы с Мэл оказались в тюрьме
Надо же, а ты, оказывается, бунтарка, Эл усмехнулся. После этого вас и лишили званий?
«После этого нас лишили жизни», хотела сказать Джаил, но не смогла, представив, как дико это прозвучит для того, кто вообще не в теме.
Долгая история, но, в целом, ты прав, выкрутилась она. Теперь мы обычные рядовые и до сих пор неблагонадежны, с точки зрения закона. Когда мы встретимся снова, я тебе всё расскажу. Что бы ты обо мне ни думал, я далеко не идеальна, Эл. На моём счету немало ошибок, и последняя из них Инн опустила голову. Я была в отношениях, когда мы с тобой познакомились. И в тот день словом, Нолан считает, что я его предала. А моя вина только в том, что я побоялась сразу признаться ему, что полюбила другого. Хотела пощадить его чувства