1926 год
В Кёнигсберге торжественно открыли двухъярусный мост, сразу ставший самым большим и современным в Европе.
В Тильзите был открыт аэропорт.
В Кёнигсберге состоялся четвертый Прусский музыкальный фестиваль, прошла студенческая олимпиада.
Прусское правительство вопреки воле частных банкиров учредило Городской Кёнигсбергский банк, с помощью которого изо всех сил сдерживало инфляцию, угрожающе надвигавшуюся из Германии.
В том же 1926 году в одном из концертных залов Кёнигсберга выступил с речью некий самозваный доктор по фамилии Геббельс. Не дослушав лекцию до конца, кёнигсбержцы бросились бить доктору морду. Тому, однако, удалось сбежать. Серьезный моральный и физический урон понесла только его немногочисленная свита.
1929 год
В Кёнигсберге открыли здание нового - "Южного" - вокзала, а в 1930 - "Северного", который был рассчитан в основном на желающих прокатиться к курортам на взморье. В обоих были рестораны и прочие вокзальные ухищрения, а в "Северном" еще и первоклассная гостиница.
В том же 1929 году был построен и первый отель с подземным гаражом - "Паркотель". В нем сейчас располагаются конторы всевозможных организаций.
Южный вокзал Кёнигсберга. Фотография начала XX века
1930 год
В университете "Альбертина" учились 4133 студента (из них женщин - 761). В Кёнигсберге было 14 гимназий, 10 средних, 45 народных и вспомогательных школ. В городе было почти 400 000 жителей.
А в Германии начался тяжелейший кризис, который не мог обойти и Пруссию. Местное правительство всеми доступными способами пыталось остановить наступающую с запада катастрофу и даже выпустило собственные "независимые" деньги, но проявлять самостоятельность было уже поздно. Только в Кёнигсберге было более 30 000 безработных. Вместе с пенсионерами и инвалидами пособия получали 93 000 человек.
1933 год
Когда народ голоден, он готов верить любому клоуну, лишь бы тот побольше наобещал. И такой клоун объявился - в 1933 году в Германии на должность канцлера был назначен Адольф Гитлер.
В 1929 году в Пруссии над нацистами еще смеялись - на выборах они получили только 6 % голосов. Однако на выборах 1933 года их было уже 54 %. Поддавшихся на уверения нацистов в Пруссии было неизмеримо меньше, чем в других частях Германии, но все же - большинство. Оберпрезидентом Пруссии стал нацист Эрих Кох.
И хотя кёнигсбергские церкви выступили против нацистов - 30 из 50 священников открыто обратились к пастве с призывом опомниться, - их не услышали. Люди хотели есть хлеб с маслом здесь и сейчас, а Господь этого не обещал. Зато обещал Гитлер.
Эрих Кох
Впервые кёнигсбержцы услышали и увидели этого засланного из Германии деятеля в 1929 году. Он прочел пламенную речь в Штадтхалле.
Тогда в Кёнигсберге его никто не понял.
Нацисты в Кёнигсберге. Фотография 1930-х годов
Зато в 1933 году, с приходом к власти нацистов, Эрих Кох сразу стал значительнее. Фриц Гаузе в своей "Истории города Кёнигсберга" называет его "могильщиком Пруссии", и это самое мягкое из выражений, которыми кёнигсбержцы поминают Коха.
Именно Кох запретил генералу Ляшу эвакуацию гражданского населения перед штурмом Кёнигсберга, и он же, своевременно покинув город, отдавал по радио истеричные приказы о его обороне до последнего солдата. Что из этого вышло, нам, теперь здесь живущим, слишком хорошо известно.
1939 год
Все хоть сколько-нибудь пригодные помещения Пруссии, в том числе танцевальные и концертные залы, набивались продовольствием и зерном, поступающим из России.
В Пиллау прибыли войска из Германии. Осенью будет организовано нападение на Польшу, и с этого начнется величайшая резня в истории человечества.
1944 год
Только за одну ночь - с 29 на 30 августа - 600 английских самолетов сбросили на головы кёнигсбержцев 700 тонн напалма и 300 тонн осколочных бомб.
А в 1945 четвертьмиллионная Красная армия довершила разрушение города артиллерией. И к лету 1945-го в живых осталось только 25 000 горожан. Да и тех вскоре погрузили в товарные вагоны и вывезли на запад.
Кое-кому тогда показалось, что Пруссия навсегда стерта с лица земли, а название ее столицы - Кёнигсберг - никто никогда не вспомнит.
Но одни люди уходят, а земля и ее память остается тем, кто приходит после. И вот уже новые поколения аборигенов воспринимают как собственные фрагменты истории этой земли - с тех времен, когда нас здесь еще не было.
Руины замка Кёнигсберг. Фотография 1945 года