Судья с удовольствием взглянул на Инну. Ему всегда нравилось на нее смотреть. Сегодня она была особенно хороша в своей простой одежде – синих джинсах по фигуре и пушистом белом свитере. Волосы она распустила – знала, что он любит зарываться лицом в ее пышные кудри ниже плеч, впитывать их запах, схожий с ароматом корицы. Особенно сегодня ему нравились ее глаза – обычно серо-голубые, при свете свечей они приобретали зеленоватый оттенок. Инна. Такая простенькая, молодая, чистая, свежая. А на фоне его крупной фигуры она смотрелось такой маленькой и беззащитной, что ему хотелось ее взять на руки, сжать крепко и никогда не отпускать.
С тех пор, как судья развелся, местные женщины стали просто осаждать его. Еще бы: завидный жених, состоятельный, с хорошей репутацией, молодой, приятный внешне, мужественный. И он с удовольствием пользовался этими женщинами, занимался с ними бездумным легким сексом… Пока не познакомился с Инной Костровой.
В тот день он взял сына и поехал с ним в магазин стройматериалов – подкупить кое-что для сада. Выбрал все, что нужно, и его направили в бухгалтерию для расчета. Молоденькая бухгалтер мило улыбалась. К городскому суду она не имела никакого отношения и не поняла, кто перед ней. Видела, что все прыгают вокруг покупателя, но подумала, что, возможно, он бизнесмен или состоятельный гость поселка… Угостила его сына его любимыми драже, которые достала из ящика стола, когда заметила, что мальчик заскучал. Была вежлива и внимательна. В тот день судья понял, что пропал…
Он стал аккуратно узнавать про нее… Семья небольшого достатка; пьющая мать, работающая санитаркой в районной больнице; красотка-сестра, вызывающая множество сплетен своим поведением, и брат-программист, серьезный и ответственный парень. Сама Инна училась заочно в Москве на экономиста. На работе ее ценили за старательность и усердие, а также добродушный нрав.
Он стал ухаживать. Поджидал ее на своей серой "Ниве" и возле работы, и недалеко от дома, и рядом с магазином, куда она ходила за покупками. Эта "Нива" была его "козырной" машиной – жители города часто видели его на новеньком синем "Опеле". Шадронов не хотел, чтобы о девушке ходили сплетни.
Сначала она игнорировала его. Потом он помог ей довезти до дома покупки, попросил помочь с организацией десятилетия своего сына, спрашивал помощи в бухгалтерии… А также дарил цветы, дорогой шоколад, возил в Москву на мюзикл "Нотр-Дам де Пари". Это окончательно покорило девушку. Уже полгода они встречались, но тайно. Об этом просила Инна. Разведенному судье не от кого было таиться, но он уважал ее мнение.
С тех пор, как у нее начался роман с Алексеем, жизнь ее близких начала меняться в лучшую сторону. Денис, который до этого имел только подработки, несмотря на хорошее знание компьютера и диплом техникума, смог устроиться в хорошую фирму по ремонту компьютерной и офисной техники, на неплохую зарплату. Юлю, которая всю сознательную жизнь работала официанткой, а потом – администратором в ресторане "Джаз", но продолжала искать более спокойное место, пригласили в туристическую фирму на должность секретаря, также с приличной зарплатой. Конечно, не обошлось без протекции судьи…
Они сели за стол, разлили вино. Глаза у Шадронова были счастливые, сияющие. Инна имитировала своими прозрачными глазами такое же сияние – это ей давалось просто. Приятно иногда делать кого-то счастливым. Особенно такого приятного во всех отношениях и полезного человека, как молодой судья.
- Инна, я хотел с тобой поговорить о твоей матери, - начал Алексей. Инна слегка нахмурилась: вот уж тема для разговора на романтическом ужине - мать, которая давно спивается и всегда плевала на своих детей. Она сама ему об этом не говорила, но в их маленьком поселке наверняка нашлись добрые люди со слишком длинными языками. – Милая, не хмурься. Я прекрасно понимаю твою проблему, есть у меня такой опыт. Ты знаешь, из - за чего я развелся с женой?
- Нет, ты об этом никогда не говорил… Да и стоит ли вспоминать, если тебе это неприятно?
- Стоит. Мы были молодыми, когда поженились – мне двадцать пять, ей восемнадцать. Она уже была беременна Ванькой. Мы встречались, любили друг друга. Все было хорошо: мне дали квартиру, как семейному милиционеру, ребенок родился, потом мне удалось сдать экзамен на судью… Вроде дом – полная чаша. Валя не работала, в этом не было необходимости. Я и не заметил, как она начала спиваться… Конечно, пьют так или иначе все. Или почти все. Но Валька сначала выпивала только в компании друзей или со мной. Потом – вечером, одна, когда сын уже спал, а я задерживался на работе. Я приходил, а она спала и дышала перегаром. Позже она стала пить днем, когда сын уходил заниматься в секцию бокса после школы. А потом уже – не просыхая, с утра, проводив Ваньку в школу.
- Печально… - вздохнула Инна. Вот так бывает. Их мать спилась из-за смерти отца, бедности, трудности воспитать одной троих детей… А Валя Шадронова – от сытого благополучия. Странная штука – жизнь… - Ты пытался помочь ей?
- Я был глуп. Вместо того, чтобы повлиять нее, я замкнулся, старался поменьше с ней общаться. Стали появляться женщины, да и она мне не уступала. Последней каплей было то, что она привела мужчину к нам домой, а в соседней комнате спал наш сын. Три года назад мы с Валей развелись.
При разводе она осталась с квартирой, машиной и приличным счетом в банке, на него каждый месяц поступает крупная сумма денег. Сын остался со мной. Я наблюдал за Валей и видел, что ей все хуже. Начал искать врачей, в итоге познакомился в Москве с хорошим наркологом. Он берет бешеные деньги за свое лечение, но оно стоит того. Полгода Валя не пьет, вроде устроилась на работу. Она сейчас живет в Волоколамске, раз в неделю видится с сыном, хотя я ее в этом не ограничиваю. Говорит – ей стыдно перед Ванькой.
Инна, мы могли бы отвезти твою мать к этому врачу. Я понимаю, тут задача потруднее – она пьет очень давно, но, я думаю, он поможет.
- Не знаю… - горько усмехнулась девушка. – Твоя бывшая жена хотя бы согласилась показаться к врачу. А моя мама себя алкоголиком не считает, и ни к какому врачу не поедет.
- Насильно привезем, - засмеялся Шадронов, пересел поближе к Инне и накрыл ее руку своей крупной ладонью. – Не забывай, я и в милиции работал, и надзирателем в колонии, могу скрутить кого захочешь!
- Не сомневаюсь! – развеселилась она. – Представляю: ты закидываешь на плечо мою мать, как пещерный человек, и под ее пьяный мат запихиваешь в машину. Слушай, а если серьезно: зачем тебе все это?
- Как тебе объяснить… Ты нужна мне, Инна. Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, тогда будет хорошо и мне. Для этого я помогаю твоим близким, чтобы тебя ничто не волновало.
"Почти признание в любви", - удовлетворенно подумала Инна. Пока от взрослого, много повидавшегося и один раз разочаровавшегося в любви мужчины большего ожидать не приходилось, но начало положено.
- Я тебе очень благодарна, Леша. Мне с тобой очень хорошо. Ты самый лучший.- Она встала напротив него, лицом к лицу, потом села к нему на колени, начала расстегивать ворот рубашки и целовать его шею и грудь, миллиметр за миллиметром. Судья часто задышал, сжал ее крепко. – А теперь, может быть, ты меня, а не мою мать, закинешь на плечо, как пещерный человек, и отнесешь в спальню?
Донес он ее только до ванной, где и взял – нежно, ласково и неистово. Он боялся причинить боль этой маленькой, хрупкой и святой для него девушке. А Инна мечтала как раз о грубых, почти насильственных ласках. Ничего, скоро она разбудит в нем дикую мужскую похоть, она же не хрустальный бокал, а молодая женщина с горячей кровью, сильным темпераментом и бурными сексуальными фантазиями. А он – мужчина взрослый, опытный, знает женщин. Все у них получится замечательно, просто надо немного подождать…
Утром, когда она спала у Шадронова на плече, ее разбудило сообщение от Юли: "Ты где? Приезжай. Денис заболел".
Вот дуреха! Не в состоянии помочь больному брату сама? И что с ним случилось? У Инны всегда было такое чувство, что она Юле мама, а Денис – папа.
- Леша, просыпайся, - она чмокнула судью в ухо. – Мне домой срочно нужно, отвезешь меня?
Что ей всегда в нем нравилось – быстрота действий и отсутствие вопросов. Через 15 минут она уже вылезала из машины около своего дома.
Глава 4.
Утро было для всех троих тяжелым. Никто почти не спал в предыдущую ночь.
Когда Инна приехала домой, Юля задумчиво что-то читала за компьютером, а Денис лежал, полуголый, на старом синем диване и листал какую-то компьютерную литературу. Вид у него действительно был неважный – лицо бледное, осунувшееся, глаза покрасневшие.
- О, Инка пришла! – Юля вскочила и чмокнула сестру в щеку, обдав запахом апельсинового лосьона – явно недавно принимала душ. – Мы тебя ждали!
Денис только слабо улыбнулся и помахал ей рукой. Девушка подошла к нему, потрогала лоб. Горячий. Плохо…
- Юля, а что, в доме нет лекарств? Сидишь себе за компьютером… Хоть бы чаю ему сделала.
- Да я уже делал сам… - попытался возразить брат.
- А тебе лежать надо под тремя одеялами, а никак не скакать по дому, тем более что отопление еще не работает. Юля! Когда же ты научишься заботиться о ком-то, кроме себя?
- Я ему аспирин давала…
- Нет, вы ее послушайте! Если ты болеешь, все скачут вокруг тебя, как бешеные олени. А если Денис, тем более в кои-то веки – то пусть сам все делает?