Архитектор Б.М. Иофан. Павильон СССР на Международной выставке в Париже. 1937 г.
Памятник В.И. Ленину на ЗАГЭС отличается тем, что статуя хоть и господствует в силуэте ГЭС, но она имеет свой монолитный постамент. У Дворца Советов имелись и другие зримые прототипы. В их ряду можно назвать статую Свободы в Нью-Йорке. Монумент этот всем хорошо известен. Одним из самых сходных по замыслу и наиболее удачным из реализованных сооружений являлся советский павильон на Международной выставке в Париже 1937 года, который являлся даже не прототипом, сколько уменьшенным повторением Дворца. Для статуи Ленина на башне Дворца Советов был выбран проект скульптора С.Д. Меркурова. Согласно пожеланию И. В. Сталина скульптор изобразил Ленина с рукой, простертой вверх, в позе, выражающей призыв .
Как отмечалось в некоторых описаниях, эта статуя, весившая 6 тыс. т, в реальности оказалась бы тяжелее и выше статуи Свободы. Так, размер указательного пальца составил бы 6 м, голова по объему – несколько меньше Колонного зала Дома союзов.
Можно проследить хронологию развития идеи синтеза архитектуры и скульптуры в проектах Б.М. Иофана. Первоначально в конкурсных проектах Дворца Советов (1931) Б.М. Иофан использовал скульптуру в здании достаточно традиционно – в декоративных целях. Это были рельефы и отдельные группы на пилонах. Содержательная же скульптура, несущая главную идейную нагрузку, устанавливалась рядом, отдельно от здания, в виде специального монумента. В первом конкурсном проекте предполагалось построить два отдельных объема основных залов для заседаний Верховного Совета и торжественных собраний, а между ними поместить башню, увенчанную скульптурой рабочего, держащего факел. На тот же конкурс учитель Б.М. Иофана итальянский архитектор Армандо Бразини представил проект, где предлагалось все сооружение завершить статуей В.И. Ленина .
Такая идея многих увлекла. Поэтому совет строительства Дворца Советов при Президиуме ЦИК СССР после проведения закрытых конкурсов в 30-х годах, выбрав проект Б.М. Иофана в качестве основы, предписал завершить здание фигурой вождя мирового пролетариата.
ИЗ ОСОБОГО ПОСТАНОВЛЕНИЯ СОВЕТА СТРОИТЕЛЬСТВА
Дворца Советов при Президиуме ЦИК СССР
"О проекте Дворца Советов" .
10 мая 1933 года:
1. Принять проект тов. ИОФАНА Б.М. в основу проекта Дворца Советов.
2. Верхнюю часть Дворца Советов завершить мощной скульптурой Ленина величиной 50–75 м с тем, чтобы Дворец Советов представлял ВИД ПЬЕДЕСТАЛА ДЛЯ ФИГУРЫ ЛЕНИНА.
3. Поручить тов. ИОФАНУ продолжить разработку проекта Дворца Советов на основе настоящего решения с тем, чтобы при этом были использованы лучшие части проектов и других архитекторов.
4. Считать возможным привлечение к дальнейшей работе над проектом и других архитекторов.
Совет строительства Дворца Советов.
И.Ю. Эйгель, много лет работавший с Б.М. Иофаном, писал позже, что "это решение не могло быть сразу воспринято автором проекта, основанного на несколько ином приеме композиции, Иофану нелегко было преодолеть самого себя " .
Он долго пытался найти другое эксцентричное решение, при котором здание не превращалось бы в пьедестал, а огромная скульптура находилась впереди него. Для окончательной разработки проекта на правах соавторов были привлечены академик архитектуры В.А. Щуко и профессор В.Г. Гельфрейх. Расширение авторской группы было вызвано тем, что Б.М. Иофан казался слишком молодым, чтобы в одиночку справиться со столь сложной задачей .
На первых порах соавторы вели поиски самостоятельно. В своих проектах В.А. Щуко и В. Г. Гельфрейх установили статую на здании, причем точно по вертикальной оси. Это вызвало необходимость увеличения высоты здания с первоначальных 250 м до 415 м и привело к своеобразной "телескопичности" его силуэта. В 1934 году проект, совместно подготовленный тремя авторами, был утвержден и принят к исполнению. Тогда же С.Д. Меркуров в своих эскизах увеличил высоту статуи В.И. Ленина до 100 м.
Иофан понимал, что такое объединение статуи со зданием превращает Дворец Советов в гигантски увеличенный памятник, где собственная архитектура сооружения становится уже второстепенной по отношению к скульптуре. Как бы архитектура ни была замечательна, главным в памятнике неизбежно является статуя, а не пьедестал. Иофан, вероятно, видел и общую нерациональность предлагаемого решения, поскольку в условиях московского климата 100-метровая статуя при общей высоте здания 415 м оказалась бы скрыта облаками большую часть года.
Однако в итоге грандиозность решения так сильно увлекла Б.М. Иофана, что он не только "преодолел самого себя", но и глубоко воспринял идею объединения скульптуры со зданием. Эта идея в 30-х годах вошла уже не только в массовое сознание, но и в практику строительства. В 1937 году на крышу парижского павильона была установлена статуя В. Мухиной "Рабочий и колхозница", а нью-йоркский павильон 1939 года увенчала скульптура рабочего со звездой, выполненная скульптором В. Андреевым .
Архитектор Б.М. Иофан. Павильон СССР на Международной выставке в Нью-Йорке. 1939 г.
Принято считать, и особенно это отражается в свете исследований, опубликованных в последние годы, что идея уничтожения главного православного храма России – храма Христа Спасителя – принадлежала непосредственно Сталину, сосредоточившему в своих руках все нити управления архитектурными процессами. По ряду причин автор этой книги полагает, что это не вполне так. Достаточно сказать, что Сталин в начале 30-х годов еще не обладал той исключительной властью, которая ему приписывается. В условиях жесткой внутрипартийной борьбы, итогом которой стали известные репрессии второй половины 30-х, Сталину, человеку, учившемуся в семинарии и готовившемуся стать священником, не было никакой необходимости обращать в руины одну из главнейших православных святынь страны, которой он управлял. Сегодня благодаря рассекреченным архивным документам мы знаем, что Сталин не был противником церкви. Как известно, решение о взрыве храма и строительстве на его месте Дворца было принято поспешно, и оно, по логике вещей, должно было исходить как раз не от Сталина, а от его идейных и политических противников, к примеру таких, как Н. Бухарин, известный своими антихристианскими выходками.
Завершая экскурс в историю сталинского Дворца Советов, хотелось бы напомнить, что история никогда не создается на пустом месте. В определенном смысле обновленный храм (сегодня это главный храм России), воссозданный на Волхонке, является правопреемником Дворца Советов в новом историческом и общественно-политическом контексте.
Существует легенда, которая связана с этим местом. В XIX веке здесь находилась обитель женского Алексеевского монастыря. Он сильно пострадал в 1812 году, тем не менее монахини героически сопротивлялись захватчикам, смогли спасти ценности и другое монастырское имущество. Однако после войны император Николай I приказал отправить обитель в Красное Село, а все постройки снести. Когда 17 октября 1837 года в старых стенах Алексеевского монастыря завершилось последнее богослужение и уже все было готово к отъезду, настоятельница, выйдя из церкви, приказала приковать себя цепями к дубу, росшему посреди монастырского двора, и отказалась покинуть святую обитель. Ее поступок расценили как бунт, и отважную женщину силой заставили подчиниться приказу. И будто бы, уходя из монастыря, игуменья прокляла это место, предсказав, что "стоять на нем ничего не будет".
Закладка высотных зданий
Все московские высотные здания были заложены в один день – 7 сентября юбилейного 1947 года. Столица России и СССР намеревалась войти в свое девятое столетие с ранее невиданными по высоте зданиями – символом триумфа военных и трудовых побед. Вот как писала об этом событии газета "Советское искусство":
"В день восьмисотлетнего юбилея столицы состоялась закладка восьми многоэтажных зданий, которые, по предложению товарища Сталина, будут сооружены в Москве.
На митинг, посвященный закладке самого высокого, 32-этажного, здания собрались трудящиеся Ленинского района. Этот дом, в котором будет 750 жилых квартир и 520 рабочих комнат, сооружается на Ленинских горах, на берегу Москвы-реки. Перед трибуной – сложенный из кирпича столбик, к которому прикреплена бронзированная плита с надписью: "Здесь будет сооружено 32-этажное здание. Заложено в день 800-летия города Москвы 7 сентября 1947 года".