Михеев Геннадий Александрович - Вниз, ввысь, к первопричине стр 9.

Шрифт
Фон

   - О, Джакомо... как скверно защищаться мной, разве я виновен в том, что твоя жизнь была нехороша...

   - Кем ты был? - спросил учитель мой у страждущей души.

   - Сгребите листья ближе к моим ногам, - простонал несчастный, - хоть немного облегчите мои страдания. Если вы уж прорвали вековую тьму, чтобы увидеть этот прах, скажу. Я жил в городе, который ради Иоанна Крестителя забыл былого заступника. Теперь Марс, бог язычников, мстит моей Флоренции своим искусством. Наверное, если бы частица идола не была сохранена на берегу родной Арно, напрасно город возродили после Аттилова погрома. Что до меня, я сам же и виноват: не стоило мне отнимать у самого себя же земную жизнь...

   Я сгреб листву поближе к этой разнесчастной тени. Мы с учителем двинулись сквозь лес самоубийц и скоро вышли к голой местности; Вергилий сообщил, что это -- третий пояс.

   Песок был черен. В глубине пустыни виднелись толпы душ, все были совершенно голы. Одни в истерике неистово крутились, другие скорчившись сидели, иные -- лежа верх лицом, горько рыдали. Провожатый объяснил: первые -- мужеложцы, вторые -- лихоимцы, третьи -- богохульники. Больше всех было суетливых. На пустыню сверху падал дождь из пламени, обильно поливая грешников. Последние даже не пытались увернуться, снося мучения как данность. Учитель, указав на одного из лежащих, по виду -- богатыря, мне сообщил:

   - Эту тень когда-то звали Копаней, он был в числе семи царей, осаждавших город Фивы. Уж этот умеет казнить себя пожестче всякого суда. Когда-то он, предаваясь буйству, о Боге забывал. Гордец... даже здесь клянется, что в смерти будет таким же как и на Земле. Идем же дальше, но держись поближе к лесу и не ступай в песок, чтоб не обжечься...

   Дошли до речки, которая в песке размыла русло до камней -- и осторожно зашагали вниз, по течению. Вергилий пояснил:

   - По сравнению с другими чудесами, что ты успел в Аду увидеть, этот поток одно из самых удивительных явлений. Силой испарения речушка способна усмирить огонь небесный.

   По правде говоря, я чувствовал смертельный голод, и, дабы подавить столь плотское желание, я попросил учителя поподробней рассказать о чудесах подземных вод.

   - Посередине моря есть остров Крит, - продолжил мой вожатый, - тот самый, где при Сатурне царил Век Золотой. Есть там гора Ида, в старину лесистая и сырая, теперь же пустая и безводная. Ей Рея доверила свое дитя, дабы спасти его от ярости безумной Кроноса. Ребенок плакал, а, чтобы пожиратель не услышал, Ида поднимала шум. На той горе, обращенный лицом к Риму, стоит золотоголовый Великий Старец на глиняной ноге. На Старце трещина, из нее струится влага, в горе пещеру проточившая. Там исток Ахерона, Стикса и Флегетона. Здесь, внизу, реки, которые образовало все мировое зло, сливаются в Коцит, его ты еще не видел. Флегетон ты видишь сейчас...

   ...Мы шагали под защитой дыхания реки, способной погасить огонь небесный, а навстречу нам шли тени, друг на друга недоверчиво глядя. Одна из душ, мельком бросив взгляд на нас с Вергилием, воскликнула:

   - Вот это номер! - и попыталась ухватить меня за мой подол. Хотя лицо его все было обожжено, я его узнал:

   - Сэр Брунетто! Любезный мой наставник...

   - Помнишь... не станешь ли противиться, если грешный Брунетто Латино с тобой чуть-чуть побудет...

   - Всей душой, даже прошу вас!

   - Благодарю тебя. Хотя из наших тот, кто хоть чуток промедлит, после сто лет казним, бичуемый огнями и не шевелясь, я ради общения с тобой согласен на такую жертву. Сын мой... какой же рок тебя заставил проникнуть в царство смерти? И кто -- твой проводник...

   - Там, на Земле на середине моих лет я заблудился. Но меня спас он, - я указал на тень Вергилия, - и теперь он меня ведет, чтоб я увидел первопричину.

   - Доверься, - уверенно сказал Брунетто, - своей звезде. Она тебя к желанной пристани доставит обязательно. Ах, если бы так рано я не умер! Я бы тебе помог пренепременно в твоих делах, угодных небесам. А это злое семя, с гор спустившихся и нашу Флоренцию испортившее, за все твое добро тебя же наречет врагом. Недаром флорентийцев издревле слепцами прозывали! Жадные, завистливые, высокомерные... да если б ты остался с ними, ты просто выл бы как с волками. Что черные, что белые -- все захотят тебя лишить твоих же мыслей, чтоб ты был в стаде, послушном и беспрекословным. Эти фьезольские гадины тебя сожрут и не поперхнутся, почувствовав, что в их дерьме вдруг появился благородный росток духа самой Италии.

   Я понял, что в душе Брунетто очень много досады и обиды. Хотя, и правды -- тоже.

   - Ах, если бы, - ответил я, - все мои мольбы были услышаны! Во мне живет ваш добрый образ, ваши наставления пользу мне приносят и ныне. Вы мне указали дорогу к бессмертию, за что я перед вами, уважаемый Брунетто, в долгу. Я готов на все, что предвосхитят светила и приму всякий поворот колеса Фортуны. Что же до ваших предсказаний, я их сличу с вещаниями иных. Лишь бы только совесть не корила мою душу.

   Я ощутил руку Вергилия на своем плече, проводник сказал:

   - Только тот разумен, кто наблюдателен...

   Пользуясь возможностью, я задал вопрос тени Латино: кто из знаменитых с ним страдает? Сэр Брунетто сообщил -- это и сановники, и лица духовные, и даже ученые. На всех лежит одна печать, но здесь не буду здесь называть их имена. Наставник, спохватившись побежал к таким же, как и он, проклятым теням.

   В месте, где воды Флегетона растекались шире, я увидел еще одну толпу. От стада отделились три тени, одна из них к нам подскочила и воскликнула:

   - Эй, погоди! По твоей одежде я узнаю, что ты пришел из города порока.

   Их тела были сплошь изъязвлены огнем, я удивился, как в этих бедных душах осталось место для любопытства. Мне было отвратительно даже находиться рядом с этими подобиями людей, но провожатый попросил:

   - Потерпи немного. Здесь мы должны явить учтивость.

   Троица уродов принялась кружится вокруг нас, кривляясь, крича благим матом.

Ваша оценка очень важна

0
Шрифт
Фон

Помогите Вашим друзьям узнать о библиотеке

Похожие книги

Популярные книги автора