Естественно! Но если они тебя заинтересуют, знай, нет ничего невозможного.
Это я так спросил. Кто знает, вдруг за четыре месяца у меня появится к ним жгучая страсть.
В таком случае положись на меня. Обожаю преступные авантюры!
Все-то ты обожаешь: диваны, авантюры
Еще друга своего обожаю и особенно того, кого зовут Эрни. Знаешь такого?
Что-то слышал Давай лучше вещи разбирать, или поспать сначала немного?
Да, меня тоже что-то в сон клонит.
И решив, что отдых им обоим не повредит, друзья не стали откладывать это мероприятие в долгий ящик.
А Аманти не был столь придирчив к апартаментам, как все остальные. Он остановился в первом, куда привели ноги. На дверь тут же повесил табличку «Не беспокоить!» и дописал свое имя. Оставив у входа вещи, бегло осмотрел комнаты, найдя их достойными для проживания и, взяв из сумки карманный компьютер, уселся с ногами на диван, погрузившись в работу. Мысли, которые посетили его во время поездки на летающем автобусе, показались интересными, и он решил воплотить их в своей программе по исцелению антисоциальных личностей. В самый разгар творческого процесса в дверь его апартаментов вежливо постучали.
Нехотя отрываясь от работы, Аманти громко произнес:
Да, да, входите.
Дверь открылась, и он увидел входящего с сумками Гиберта.
Извини, что помешал.
Ничего. Ты что-то хотел?
Аманти, можно я буду жить с тобой?
Со мной? Аманти растерянно заморгал.
Нет, ты не подумай, что я собираюсь присматривать за тобой и выяснять, что ты изобретаешь. Я просто вдруг понял, что если поселюсь отдельно от всех, то часто буду в стороне от коллектива и соответственно не в курсе происходящих событий. И я не очень-то люблю одиночество. Что скажешь?
Может тебе лучше с Бохрадом? Вам и поговорить будет о чем.
Но мне интереснее оказаться в твоей компании. Я бы и от компании Эрни или Шаруха не отказался, но как говорится, «третий лишний». Обещаю, я не буду мешать твоей работе.
Аманти был несколько ошеломлен визитом Гиберта. Хоть он и привык к одиночеству, ибо оно способствовало его плодотворной деятельности, но и отказывать гостю, у него не имелось уважительных причин. Немного подумав, ответил:
Оставайся, если хочешь, только у меня плохой характер, не обижайся, если что не так будет.
У меня тоже характер не сахар, на лице Гиберта появилась добрая улыбка. Мы же постараемся ужиться?
Ты только не требуй от меня многого.
Не беспокойся, если что, апартаменты еще есть. Станет невыносиморазбежимся.
Договорились! Устраивайся. Моя кровать у окна.
Оставшуюся часть дня гости поместья Зирвейнд исследовали особняк и прилежащую территорию. Шарух выведывал ответы на интересующие его вопросы. Хотя большинство ответов его явно разочаровало. Особенно, когда он узнал, что особняку не больше полсотни лет и в его подвалах нет ни вмурованных в стены мучеников, ни даже какого-нибудь несчастного привидения. Да и сами подвалы, оборудованные под склады, не годились даже для придания мрачности убийственным сценам программы Аманти. Там было слишком чисто, светло, а все коммуникационные трубы начищены до блеска. Шарух лично в этом убедился.
Но вот вечером, когда все отправились на прогулку в город, Шарух нашел то, что искал. Всюду царил хаос и разрушения. Целых зданий практически не встречалось. Улицы усеяны строительным мусором, стеклами, кусками кирпичей, камнями.
Будьте осторожны, предупреждал управляющий, который сопровождал их в путешествии.
Эрни осторожно предположил:
Похоже, здесь были военные действия?
Нет, ничего подобного! Город просто оставили жители. Все ушли на освоение новых территорий. А те немногие, кто не захотел уходить, поселились на окраинах и занимаются фермерством или садоводством.
И сколько всего человек проживает на Тинее? поинтересовался Гиберт.
По прошлогодней переписи было насчитано три тысячи двести восемь человек.
А куда остальные девались? Три года назад больше шестнадцати тысяч было, напомнил Аманти.
Они разлетелись по разным планетам.
Прогулка по разрушенным улицам города вызывала в душах не самые приятные чувства: грусть, меланхолию, ощущение безнадежности и мысли о разрушительном влиянии времени. Возвращаясь в особняк все были погружены в задумчивость. Идти пришлось примерно с полтора километра. Солнце приближалось к горизонту, намекая об окончании дня. Управляющий предупредил, что ночей на Тинее не бывает. Эта часть суток освещена лишь меньше чем день и иногда напротив заката на небосклоне бывают видны звезды.
По возвращении некоторые отправились ужинать, а кому не хотелось, разошлись по своим комнатам.
Длинный был день, произнес Шарух, расправляя постель.
Еще бы, усмехнулся Эрни, сутки здесь двадцать шесть часов длятся. Нам еще привыкнуть надо.
Чем думаешь заняться завтра?
Не решил еще. Хотя, что тут решать. Мы же как попугаи- неразлучники: куда ты, туда и я.
Шарух присел на кровать, внимательно посмотрев на друга. Он понимал, что Эрни не слишком-то доволен предстоящими перспективами. Он даже почувствовал себя виноватым, что ограничивает его свободу.
Эрни, мне очень жаль, что ты взвалил на себя эту ношу. Обещаю не доставлять тебе хлопот.
Это было бы кстати. Давай так договоримся, Эрни забрался под одеяло и, поймав заинтересованный взгляд друга, продолжил: В пределах особняка мы свободны друг от друга, но ты всегда сообщаешь мне, куда направился или где находишься. А за пределами ходим вместе. Никаких пряток, шпионских игр и отключенной связи!
Согласен!
Шарух снял халат, лег, и, накрывшись одеялом, уставился в потолок. Комната постепенно погружалась в красноватый полумрак. По окну, занавешенному темною шторой, скользили когтистые тени деревьев, окружающих особняк.
Долгое молчание решил нарушить Эрни:
А у тебя какие планы на завтра?
Но ответить Шарух не успел. Внимание друзей привлекло чье-то присутствие в гостиной комнате. Оба приподнялись, настороженно глянув на входную дверь. Прежде, чем в голову успели прийти хоть какие-то предположения о том, кто к ним в гости пожаловал, в дверь вежливо постучались.
Да, да, отозвался Эрни.
Дверь вскоре отворилась и в спальню вошел Бохрад. Увидев его, по губам Эрни скользнула улыбка.
Не спите еще? спросил шеф.
Я думал, ты забыл о нас, посмеиваясь, сказал Шарух.
Не дождетесь, мои дорогие. Но с пожеланием спокойной ночи повременим пока. У меня к вам дельце имеется.
В руках шефа друзья заметили блокнот и какой-то плоский предмет. Шарух и Эрни вопросительно переглянулись между собой.
Не беспокойтесь, больно не будет, пошутил Бохрад.
Он прошел к центру комнаты и поместил предмет на полу.
Весы? с удивлением догадался Шарух.
Первым будет Эрни. Эрни, прошу на взвешивание.
Ты чего это, Бохрад? искренне не понимал Эрни. Покидать уютную теплую постель он не торопился.
Вы не пошли ужинать, и я решил, что с вашим наплевательским отношением к потребностям организма надо что-то делать. Если ваш вес окажется ниже нормы, в чем я лично не сомневаюсь, я приготовил хороший стимул для изменения ситуации.
Устроишь нам райскую жизнь? спросил Шарух из любопытства.
Да, но с тяжелыми психологическими последствиямивсе как ты любишь.
Заманчиво
А отказаться можно? в свою очередь поинтересовался Эрни.
Эрни, я уверен, ты и сам догадываешься, какой будет ответ. Давайте не будем затягивать.
Эрни, понимая, что спорить с шефом бесполезно, вздохнув, поднялся с постели и встал на весы.
Точно на медосмотре, буркнул он недовольно.
Бохрад взглянул на показания весов.
Семьдесят килограмм триста грамм. А рост у тебя какой?
Метр семьдесят четыре.
Благодарю, теперь ты, Шарух.
У Шаруха при росте в метр семьдесят восемь вообще весь оказался шестьдесят девять килограмм пятьсот грамм
Шарух, ты сам-то понимаешь, что всерьез запустил себя?
В глазах шефа появилось сочувствие. Шарух в ответ растерянно пожал плечами.
Выкладывай, что ты там придумал, чтобы простимулировать мой жизненный тонус.