Дженнифер Ли АрментроутЕсли завтра не наступит
Я не могла пошевелиться; все тело болело, стало тесно в собственной коже. Мышцы горели так, словно их подожгли, а ломота в костях поднималась из самых глубин естества.
Я оказалась в полном смятении. Ощущение такое, будто в голову напустили туман и мысли запутались в паутине. Попыталась поднять руки, но их тянуло вниз, словно под свинцовым грузом.
Казалось, я слышала непрекращающиеся звуки и голоса, но они доносились откуда-то издалека, точно я находилась в одном конце туннеля, а остальной мир в другом.
Я не могла говорить. В горле что-то мешалось, прямо в самой глотке. Рука внезапно дернулась и сжалась от напряжения.
«Почему не получается открыть глаза?»
Меня охватила паника.
«Почему я не могу двигаться?»
Что-то произошло, нечто нехорошее. Я всего лишь хотела открыть глаза и
«Я люблю тебя, Лина».
«Я тоже тебя люблю».
Голоса эхом отозвались в моей голове. Один из них определенно принадлежал мне. А вот другой
Она просыпается, прервал мои мысли женский голос, прорывавшийся из глубин сознания. Послышались шаги, раздался мужской голос:
Вводите пропофол.
Она уже второй раз просыпается, ответила женщина. Отчаянный борец. Ее мать будет рада это услышать.
«Борец?»
Я не поняла, о чем они говорили и почему решили, что мама будет рада это услышать
«Может, мне сесть за руль?»
По венам растеклось тепло. Оно возникло в основании черепа, охватило тело, проникнув во все его части. А затем ни снов, ни мыслей, ни голосов.
Вчера
Глава 1
Четверг, 10 августа
Все, что я хочу сказать: ты чуть не переспала вот с этим.
Сморщив нос, я уставилась в телефон, который Даринда Джонс если кратко, то Дари сунула мне в лицо через пять секунд после того, как зашла в заведение «У Джоанны».
Ресторанчик «У Джоанны» оставался изюминкой центра Клирбрука еще с тех пор, как я ходила под стол пешком. Это место будто застряло в прошлом, во временном промежутке между творчеством длинноволосых музыкантов и началом карьеры Бритни Спирс. Тем не менее здесь было чисто и уютно и почти все блюда готовили на гриле. А еще в нем подавали лучший сладкий чай во всем штате Миннесота.
Вот черт, прошептала я. Что он делает?
А на что похоже? поинтересовалась Дари, и ее глаза расширились за белой пластиковой оправой очков. В общем-то, он трахает надувную куклу.
Я поджала губы, потому что все именно так и выглядело.
Убрав телефон, Дари наклонила голову набок.
О чем вообще ты думала?
Он милый точнее, был милым, виновато объяснила я и оглянулась через плечо. К счастью, никто не мог нас услышать. И у меня не было с ним секса.
Дари закатила темно-карие глаза.
Твой рот сливался с его ртом, а его бедра
Ладно, вскинула я руки, прервав поток ее слов, я поняла: интрижка с Коди была ошибкой. Поверь, я знаю и пытаюсь стереть его из памяти, а ты мне в этом не помогаешь.
Наклонившись ко мне через стойку, за которой мы стояли, она прошептала:
Никогда не позволю тебе это забыть. Я прищурилась, на что Дари улыбнулась. Понимаю: у него такие мускулы Да, он глуповат, но зато забавный.
Наступила драматическая пауза.
Все в Дари было драматичным, начиная с яркой одежды, которая зачастую вызывала отвращение, и заканчивая суперкороткой стрижкой с выбритыми висками и кипой кудрей на макушке. Сейчас ее волосы были иссиня-черными, а в прошлом месяце лавандовыми. Вероятно, через два месяца они станут розовыми.
И он друг Себастьяна.
Я почувствовала, как внутри все похолодело.
К Себастьяну это не имеет никакого отношения.
Ага.
Тебе повезло, что ты мне нравишься, резко ответила я.
Что за глупости? Ты меня любишь! она хлопнула руками по стойке. В выходные работаешь?
Да. А что?
Я думала, на выходные ты уезжаешь с семьей в Вашингтон.
Она вздохнула.
На выходные? Если бы. Мы едем на всю неделю. Уезжаем завтра утром. Мама не может уже дождаться. Клянусь, у нее даже карта маршрута для нас заготовлена, с музеями, которые она хочет посетить. А еще там указано время, отведенное на них, и время обеда и ужина.
Мои губы дернулись. Ее мама до смешного организованная. Она даже корзинки с перчатками и шарфами подписывает.
Походы в музеи это отличное времяпрепровождение.
Неудивительно, что ты так думаешь. Ты же ботаник.
Не вижу смысла это отрицать. Так и есть.
Этот факт меня совершенно не угнетал. Я хотела поступить в колледж и изучать антропологию. Большинство людей спросило бы, что в будущем делать с подобной специальностью, но возможностей существует предостаточно: судебная медицина, корпоративные выступления, преподавание и многое другое. Я хотела, чтобы сфера моей деятельности была связана с музеями, поэтому, безусловно, оценила бы поездку в Вашингтон.
Вот-вот, Дари спрыгнула с красного винилового стула. Я должна идти, пока мама что-нибудь не учудила. Если вернусь на пять минут позже установленного комендантского часа, она позвонит в полицию, уверенная в том, что меня похитили.
Я усмехнулась и спросила:
Пришлешь мне сообщение?
Пришлю.
Прощаясь, я схватила влажную тряпку и провела по узкой столешнице. Из кухни доносился лязг кастрюль, оповещая о скором закрытии заведения.
Я не могла дождаться, когда вернусь домой, отмоюсь от запаха жареной курицы и сгоревшего томатного супа и закончу читать о последних событиях вокруг Фейры и королевства фейри. Потом перейду к современному эротическому произведению, которое обсуждалось в книжной группе в Facebook. В нем рассказывается о королевской семье и горяченьких братьях. О пятерых братьях.
Пожалуй, подпишусь и я.
Могу поклясться, что вместо пополнения сберегательного счета половина заработанных денег в должности официантки уходила на покупку книг. Но я ничего не могла с собой поделать.
Протерев салфетницы, я подняла подбородок и убрала с лица вывалившуюся из пучка прядь каштановых волос. В этот момент над дверью прозвенел колокольчик, и на пороге появилась худощавая фигура.
Ощутив дуновение легкого ветерка, я от удивления выронила пахнущую лимоном тряпку.
В большинстве случаев посетители младше шестидесяти лет приходили сюда только в пятницу вечером после футбольных игр или субботними летними вечерами. Но точно не по четвергам.
Ресторанчик получал прибыль от членов Американской ассоциации пенсионеров, что стало одной из причин, по которой в летний период я устроилась сюда на работу официанткой. Это было несложно, к тому же я нуждалась в дополнительном заработке.
Тот факт, что Скайлар Уэлч стояла прямо на пороге за десять минут до закрытия, поверг меня в шок. Она никогда не приходила сюда одна. Никогда.
Снаружи заведения яркие фары пронзали тьму. Она не заглушила свой БМВ, и, готова поспорить, в салоне было полным-полно девушек, таких же красивых, как она.
Но в сравнении с ее любезностью они и рядом не стояли.
Последний миллион лет я скрывала горькую зависть к Скайлар. Но что самое худшее она была по-настоящему милой, отчего ненависть к ней неумолимо возрастала, будто она совершила преступление против человечности и добра.
Неуверенно направляясь в мою сторону, будто ожидая, что черно-белый линолеум разойдется и целиком ее поглотит, она убрала свои светло-русые волосы с белокурыми кончиками на одну сторону. Даже в ужасных флуоресцентных лампах ее летний загар казался стойким и безупречным.
Здравствуй, Лина.
Привет.
Я выпрямилась, надеясь, что она не станет делать заказ. Если Скайлар захочет поесть, Бобби разозлится, и мне придется потратить пять минут, чтобы убедить его приготовить желаемое блюдо.
В чем дело?
Ничего особенного, она прикусила накрашенную розовым блеском губу.
Остановившись рядом с красными барными стульями, девушка глубоко вздохнула.
Вы закрываетесь?
Я медленно кивнула.
Минут через десять.
Извини, но я не займу много времени. На самом деле я не планировала сюда заезжать.