Сто тысяч долларов за прелестную Ану! Сто тысяч раз сто тысяч два Церемониймейстер замер и посмотрел на Флинна. Тот с шутливым сожалением покачал головой и галантно поклонился.
Продано! торжественно произнес ведущий.
Оглушительная буря аплодисментов и ликования. Я вышел вперед, подал руку и помог сойти со сцены, радуясь тому, что сейчас нам Миа точно не помешает, потому что она должна находиться на сцене, пока не наступит ее очередь быть проданной с аукциона. Я с нетерпением повел Ану на выход из шатра, дав Тейлору сигнал. Я предупредил его, что нас какое-то время здесь не будет.
Кто это был? спросила она.
Я взглянул на свою красивую женщину, которую только что выиграл на аукционе. Не хотел тратить время на объяснения, потому что знал, что это был далеко не последний вопрос. У нас мало времени, и я не собирался тратить ни секунды.
Ты познакомишься с ним позже. А сейчас я хочу тебе кое-что показать. До конца аукциона еще приблизительно полчаса. Потом нам нужно вернуться на танцпол, чтобы я смог насладиться танцем, за который заплатил.
Очень дорогой танец, неодобрительно пробормотала она.
Я не сомневаюсь, что он будет стоить того, сказал ей с улыбкой.
Я повел ее в дом. Туда, где до этого дня не была ни одна женщина. Думаю, что моя мама не будет возражать. Еще один первый раз. Это моя старая спальня. Она находилась на третьем этаже. Сюда точно никто не придетэто идеальное место для нашего свидания. Когда мы зашли, я сразу закрыл дверь на замок, на всякий случай.
Это моя комната, сказал я.
Сейчас я редко здесь бываю. Когда я сюда захожу, у меня появляется столько разных воспоминаний. Некоторые хорошие, а некоторые не очень хорошие. В комнате было всё на своих местах: мои старые фотографии, открытки, афиши, спортивные призы, билеты с концертов и плакат, подписанный самим Джузеппе де Натале. Этот боксер был моим кумиром. Помню, как я был счастлив, когда получил его автограф. Этот плакат был моей гордостью и радостью долгое время. Мама знала это. Мне приятно, что она оставила его на месте. Она всегда говорила, что, сколько бы времени ни прошло, этот дом всегда будет моим, как и эта комната. И сейчас я в прямом смысле хочу воспользоваться своим преимуществом, чтобы завершить одно срочное дело.
Я никогда еще не приводил сюда девушек, признался Ане.
Никогда?
Я отрицательно покачал головой, хочу, чтобы она поняла, что она особенная для меня.
У нас немного времени, Анастейша. Но, судя по нашему голоду, нам много и не нужно. Повернись. Дай-ка я извлеку тебя из этого платья.
У меня был стояк почти весь вечер, так что мне сейчас это было необходимо. Она повернулась ко мне спиной, а я наклонился и прошептал на ухо, чтобы она не снимала маску, она будет необычным сексуальным реквизитом в нашей игре. Ана простонала в предвкушении, когда я нежно прикоснулся к ней, расстегивая молнию платья, хочу снова увидеть то, что под ним скрывается. За этот вечер я несколько раз представлял себе Ану в нижнем белье, и, наконец-то, я могу снова это увидеть в реальности. Я снял пиджак, затем сделал паузу, чтобы насладиться прекрасным видом моей девушки в черном корсете, трусиках, чулках, на каблуках и в маске. Она выглядела еще сексуальнее, если это вообще возможно.
Знаешь, Анастейша, прошептал я, приближаясь к ней, развязывая на ходу галстук-бабочку, у меня есть на него свои планы. Потом медленно расстегнул три верхние пуговицы рубашки. Я так разозлился, когда ты купила мой аукционный лот. Всякие мысли пронеслись в голове. Мне пришлось напомнить себе, что наказание вычеркнуто из нашего меню. Но потом ты сама попросила Зачем ты это сделала?
Зачем? Не знаю. Огорчение слишком много алкоголя кротко пробормотала она, пожимая плечами.
В ее глазах читалось, что я нужен ей, и только я могу облегчить боль, которая кипела у нее внутри.
Я дал себе слово, что больше никогда не стану тебя шлепать, даже если ты попросишь.
Я не шутил, когда говорил это.
Пожалуйста! взмолилась она.
Господи, она действительно этого хотела. Я не мог поверить, что мои мечты сбывались. Лишь бы они не превратились в кошмар. Я не мог так рисковать. Сейчас я ходил над пропастью, понимая, что она этого хочет, как никогда раньше. Казалось, что она очень расстроится, если я не отшлепаю ее перед тем, как трахну.
Но потом я понял, что тебе, вероятно, в этот момент очень некомфортно, ты не привыкла к этому.
Да, согласилась она.
Итак, можно ввести некоторую самостоятельность. Если я это сделаю, ты должна пообещать мне одну вещь.
На самом деле я мечтаю о том, чтобы отшлепать ее фантастически сексуальный зад.
Что угодно.
При необходимости ты воспользуешься стоп-словом. При таком условии я сейчас займусь с тобой любовью, хорошо?
Да. Она учащенно дышала. Она хотела ощутить мою ладонь на своей попке. Я очень надеялся, что мы сделаем это по обоюдному согласию.
Да плевать. Я не могу сопротивляться, когда она меня умоляет ее отшлепать.
А что тебе еще нужно, Грей?
Сейчас, я должен быть очень осторожным. Если вдруг она передумает, я должен буду вовремя остановиться. Не хочу, чтобы она снова убежала от меня. Я нервно сглотнул, потом взял ее за руку и повел к кровати. Откинув одеяло, я сел и положил рядом с собой подушку. Она стояла передо мной. Я страстно дернул ее за руку, и она упала ко мне на колени. Я слегка сдвинул ее, и теперь она лежала на кровати, грудью на подушке, повернув лицо в сторону. Я убрал со спины ее волосы и погладил ее по щеке.
Положи руки за спину.
Она выполнила мой приказ, а я взял галстук и связал ее запястья. Ей нравится, когда я ее связываю.
Хорошая девочка.
Анастейша, ты в самом деле хочешь этого? я должен убедиться в том, что я все правильно понял.
Да, прошептала она.
Почему? нежно спросил я, лаская ладонью ее ягодицы.
Я хотел ее понять. Она простонала от моего прикосновения. О да, Ана сильно возбуждена из-за серебряных шариков. Думаю, что этот опыт будет удивительным для нее, но я должен сейчас себя контролировать, мне нельзя отключаться, я должен видеть ее реакцию, и если я пойму, что начал причинять ей боль, вместо удовольствия, я должен вовремя остановиться. Но, мне кажется, что она справится, потому что впервые этого хотела, как всегда, хотела меня.
Я должна придумать причину?
Нет, малышка, не нужно, сказал я. Просто я пытаюсь тебя понять.
Я окинул взглядом ее ноги. Она не сняла шпильки, от которых ее ножки казались еще длиннее и сексуальнее, а еще чулки м-м-м, как же меня все это заводит. Левой рукой я взял ее за талию, чтобы удержать ее на месте, а правой ладонью я нанес ей первый жесткий шлепок по ягодицам. Из нее вырвался громкий стон, но это от эротического наслаждения. Боже, это фантастическое ощущение. Я ударил снова, четко туда же. Новый стон. Ей это нравилось, так же как и мне, она сейчас наслаждалась этим. Как же нам чертовски хорошо вместе.
Два, пробормотал я. Будет двенадцать.
Я уверен, что она справится с этим. Сейчас ей это нужно, и я с удовольствием готов удовлетворить ее потребность. Между шлепками я нежно ласкал ее попку. Она лежала на моих коленях, связанная, такая беспомощная, вся в моей властипричем по собственной воле. Я в восторге! Я ударил ее снова, чуть правее, и еще раз, с другой стороны, потом остановился и медленно спустил с нее трусики. Ее кожа прогрелась и порозовела от моих прикосновений. Я продолжил свое наказание, считая до двенадцати. Она отдавалась ритму моих ударов, впитывая каждое мое прикосновение, наслаждаясь ими. Это доказывало, что мы сможем найти компромисс между нашими желаниями.
Двенадцать, пробормотал я низким, хриплым голосом.
Я не мог сдержать своего возбуждения. Я ласкал ее попку, забрался пальцами глубже между ног, медленно вставил два пальца внутрь нее и водил ими по кругу, по кругу, по кругу, вызывая моментальный и очень интенсивный оргазм. Она кончила, сжимаясь в конвульсиях вокруг моих пальцев.
Вот и хорошо, малышка, одобрительно промурлыкал я.
Не вынимая из неё пальцев, я развязал свободной рукой ее запястья. Она лежала, обессиленная, и тяжело дышала.
Мы с тобой еще не закончили, Анастейша, сообщил я и, все еще не вынимая пальцев, поставил ее коленями на пол. Теперь она уперлась в кровать. Я встал на колени позади нее и расстегнул ширинку. Вынул пальцы, и раскатал по всей длине презерватив.