Аннотация: Цикл "ВОЙНА ЗА ВЫЖИВАНИЕ"
Посвящается Франсису Карсаку и его "Робинзонам космоса". Каждая сага имеет своё начало.
Виталий Зыков
Книга первая
Цикл "ВОЙНА ЗА ВЫЖИВАНИЕ"
Посвящается Франсису Карсаку и его "Робинзонам космоса". Каждая сага имеет своё начало.
"…Личное могущество современного человека ничтожно. Сам по себе, без власти, денег или, на худой конец, оружия, он никто. Ноль. Пустое место. Потому все разговоры о свободе откровенно смешны и даже глупы. Более того, они опасны. Создают иллюзию собственной силы, упоение эфемерными возможностями. Истина то вот она, рядом: слабые - не свободны, слабость - удел рабов. Всё просто. Забудь. Не важно раб чего или кого ты - природы, жизни или другого человека. Прежде всего, ты - раб. На этом и стоит общество, все государственные институты. Ты - раб! Страшно звучит, правда? Но что будет, если дать человеку шанс стать кем-то большим?…"
Из записной книжки Коли Ботаника
Пролог
Багровые небеса, покрытые фиолетовыми росчерками перистых облаков, жили своей, непонятной смертным жизнью. Там в вышине метались тени, беззвучно вспыхивали молнии, сменяли друг друга расплывчатые миражи. Солнечные лучи с трудом пробивались через безумную вакханалию сил, придавая новый облик привычным вещам, больше подходящий ландшафтам Ада Данте.
– Я уже начинаю жалеть, что решил сюда приехать, - пробормотал Дымов, выглядывая в распахнутое окно. Пальцы бизнесмена раздражённо барабанили по деревянной раме. Рядом стоял недовольный телохранитель и устало просил подопечного:
– Шеф, вы бы не высовывались так, а?! Не надо быть снайпером, чтобы вас сейчас подстрелить…
– Сергей, прекрати! Если захотят убить, то никакие охранники не спасут. Можно уцелеть после первого покушения, после второго, третьего или даже десятого, но рано или поздно тебя достанут. - Выдав эту тираду, Алексей Геннадиевич всё-таки отошёл от окна. Несмотря ни на что, бесполезный риск он не любил.
В мире, где граница между бизнесом и криминалом становилась до неприличия тонкой, Алексей Геннадиевич Дымов слыл жёстким, безжалостным человеком. Не чураясь дурно пахнущих авантюр, а кое-где и измазавшись в крови, он прочно укрепился на отвоёванном островке богатства и власти. Холодная расчётливость позволила когда-то молодому оболтусу Лёше Хмурому достигнуть нынешних высот и стать просто Хмурым - авторитетной фигурой, защищённой не только и не столько толпой охранников, а окружающей её аурой власти.
– Что там с заводом? Даниил не звонил? - спросил Дымов, опустившись в кресло и задумчиво уставившись в потолок. Пальцами он медленно гладил чёрный камень в перстне на левой руке.
– Нет, шеф. Да и рано ещё, восьми ведь нет! - удивлённо протянул телохранитель, заставив Алексея Геннадиевича нахмуриться. Бизнесмен недовольно качнул головой.
– Мы здесь уже неделю, а от этих кошмаров у меня уже голова кругом идёт.
Сергей промолчал, но выражение его лица ясно говорило, насколько он согласен со словами шефа. Будь на то его воля, он и носа бы не сунул в ненавистный город. Впрочем, они были не одиноки в своих чувствах. Непонятный катаклизм, в эпицентре которого оказался Сосновск, многим успел исковеркать жизнь. Изматывающие, сводящие с ума ночные кошмары и преобразившееся небо заставляли людей терять рассудок, лишали воли к жизни. Самые умные или трусливые бежали из города, за бесценок распродав имущество. Кое-где уже закрывались магазины, а на вокзалах стояли огромные очереди в кассы. В воздухе витало ощущение нарастающей паники.