К слову сказать, устраивался я простым грузчиком, а вот справок из больницы на работу пришлось собрать столько, сколько в моей жизни было дней. Тут были справки об отсутствии таких болезней, о которых я и не слыхивал никогда. Тоже странно: мукомольный комбинат, а не лаборатория по изучению ядерных отходов каких-нибудь ведь, а поди-ка! Ну, раз надо, так надо. Не нам, простым смертным выбирать, нам всё говорят: какими болезнями болеть, на карточку какого банка переходить, до скольки задерживаться, как в отпуск уходить. Трудовой кодекс? Читали, а как же, знаем. Отличная фантастика. В общем, деваться некуда удивился, но все справки собрал.
Взяли меня в цех. Спецовку выдали. Талоны на еду. Место отдыха обозначили. Время на обед нарисовали. Пришёл с утра, уселся под календарем, считаю дни, сколько их до зарплаты осталось. Как ни крути много. Такое себе развлечение. Помещались мы в подвале окон нет, природу тоже наблюдать не получится. Потолок высоко не доплюнешь
Вдруг шорох какой-то по цеху. Народ заёрзал, зашевелился: «Идёт! Идёт!» Кто идет? Я шею вытянул, посмотреть. Да меня по уху бригадир обратно развернул: «Стой, говорит. Не шевелись. Не говори ничего. Что бы ни происходило замри!»
Я замер. Только глазами хлопаю. Вижу появилась дама в цеху опрятной наружности, приятная, только губы у неё странные. Очень красные и большие. Идёт, улыбается. А мужики все по стойке смирно стоят, как памятники, не шелохнётся никто. А барышня на каблучках, в юпочке, хорошенькая такая, если б только не рот её этот А что мне этот рот? Развернул и к стене и проблема решена. Словом, разомлел я и залюбовался. А мужики, как скалы над холодным морем, суровые и обветренные, ни один ни бровью не повёл. Это тоже мне странным показалось.
Ушла дамочка, я к бригадиру, что за напасть? Бригадир мужик смурной, не разговорчивый:
Работа нужна? спрашивает.
Я опешил немного, говорю:
Нужна, конечно, иначе, зачем бы я сюда устраивался?
А жить хочешь?
Странный вопрос, снова пожал плечами я.
Ну, раз так, делай, что говорю. Работай и вопросы не задавай. Понял?
Понял, резко ответил я и развернулся, чтобы уйти.
Слышь, а талоны на обед дали?
Дали
Не ходи в столовую С собой шабашку носи.
А почему?
Работать хочешь? вздохнув, бригадир вернул разговор в самое начало.
Понял, усмехнулся я. Работай и вопросов не задавай?
Бригадир кивнул.
Со старшим не удалось завязать контакт, зато ко мне подошел Володька, такой же, как и я бедолага-грузчик, в бывшей жизни офисный работник.
Что? Неласковый шеф? широко улыбнулся он.
Да ну его, радостно ответил я.
Глядя на Володьку вообще нельзя было не улыбаться. Улыбка у него была широкая, как у Гагарина. Да и парень он был неплохой.
Он всегда так, усевшись рядом на мешки с мукой, ответил Володька.
Слушай, а что у вас тут за порядки?
А, присвистнул мой собеседник. Вон, ты о чем его спрашивал? Он не расскажет. И я не расскажу.
Надо же, какие тайны в вашей подворотне, буркнул я.
Не, ты не думай чего, сказать можно, только ты не поверишь, уже серьёзным тоном продолжил он.
А ты попробуй! задиристо потребовал я.
Да что? Думаешь, не пробовали? Никто не верит, пока не убедится. Только я тебе одно скажу: ты стой и не шевелись. И в столовую не ходи. Они туда ходят сами, дурачков выискивают. Проголодался и попался.
Это что? Наказание какое-то за то, что ешь?
Нет, это я не знаю, за что такое наказание, главное: если работа нужна и шкура дорога промолчи, застынь, словно и нет тебя.
Ладно, пусть так, пошел я на мировую. Ты сам откуда здесь?
С биржи труда, откуда ж ещё, развёл руками товарищ. Ты ж, наверное, оттуда и сам. Если б не эта безработица, век бы сюда не заглянул. Но, что поделаешь, семью кормить надо.
Да уж сильно её прокормишь с местных барышей-то
Ну, да что уж, сейчас время такое, спасибо, что это есть
Мы помолчали. Вскоре прозвенел сигнал на обед.
Ты с собой ничего не взял, наверное? спросил у меня Володя, протягивая бутерброд. А вот кофе, звиняй, стаканов нет. Всухомятку сегодня.
Я поблагодарил его и с удовольствием впился зубами в хрустящий тост с сыром.
Ты не вегетарианец часом? подмигнул ему.
Не часом, а поневоле. Тут такого насмотришься, вообще есть бросишь, сердито ответил он.
Вечером дома я раздумывал над прошедшим днём. Очень много он таил в себе недомолвок и загадок. Но, к своему удовольствию, я обнаружил, что жду следующего утра с нетерпением, чего со мной не бывало со времён школьных каникул. Мне хотелось, чтобы поскорее наступил новый день. Мне хотелось на работу! Давно ли у вас такое было? Я строил предположения, препарировал ситуации и диалоги, извлекал из них удивительные выводы и ждал рассвета. Скорее, чтобы узнать побольше о том, что происходит!
Утро, правду сказать, застало меня сонным и бледным. От былого вечернего рвения к физическому труду в роли грузчика во мне не осталось и следа. Всю ночь я провертелся волчком, и заснул вот только за полчаса до звонка будильника. Мир вернулся на старые рельсы: снова утро, снова я его ненавижу.