(Они из него выкарабкались кретинским способом, придуманным господами сценаристами, но я это вспоминаю не для рекламирования кинематографистов, а только чтобы убедить, ЧТО ФАНТОМАТИЗАЦИЯ УЖЕ СТАНОВИТСЯ ПРОИЗВОДСТВЕННОЙ ТЕМОЙ). Однако, кроме информации от проприоцепторов, мы зависим также от органа равновесия, размещенного во внутреннем ухе. В состав этого органа входят три заполненные жидкостью дуги, соответствующие трем измерениям реального пространства, а также так называемые статолиты (ранее называемые отолитами), а по сути маленькие комки солей кальция, которые земная гравитация прижимает к специальным волоскам (все это внутри внутреннего уха), и благодаря движению этих комков, прижимающих чувствительные волоски, мы осознаем и положение головы, и, кроме этого, ускорение и торможение, вызванное движениями исключительно только головы или движением всего тела (например, в самолете, в лифте), и вот именно здесь зарыта собака, так как фантоматизатор не может влиять на то, что происходит внутри головы (уха). Начну с того, что нейтральное влияние импульсов (раздражителей) органа равновесия на все наше самочувствие у разных людей разное. Так, например, второй советский космонавт, летавший на орбите сутки, Герман Титов, во время всего полета страдал от локомотивной болезни (обычно называемой "морской болезнью"), что оказалось и для наземного персонала, и для него самого неприятной неожиданностью, не предвиденной заранее. Уже есть средства, которые уничтожают проявления этой "морской болезни"; раньше, например, применялась белладонна или экстракт из крапивы, сейчас есть и более новые препараты.
Во время фантоматизационных экспериментов оказалось, что у довольно большого количества фантоматизированных людей во время реализации виртуальных ситуаций определенного типа происходили неприятные и постоянные проявления "локомотивной болезни". Почему? А это потому, что импульсы, идущие от программ, обслуживающих чувства человека, сталкиваются с импульсами, идущими от органа равновесия. Первые "сообщают", что человек или падает, или летит, а сам орган "сообщает", что никуда не двигается: "взаимодействие" таких импульсов естественно и в этом смысле всегда относительно, так как просто вступают в противоречие фантоматизационная информация и информация, идущая из органа равновесия. Так как реакция на раздражители достаточно индивидуальна, она не всех доводит до проявления локомотивной болезни такой силы, что процесс фантоматизации необходимо остановить. Однако нельзя этим препятствием пренебрегать прежде всего потому, что оно существенно затрудняет интегральность переживаемого видения: сам факт, что человек начинает ощущать типичные для локомотивной болезни симптомы (тошнота, склонность к рвоте, потливость и т.п.), нарушает его внутреннюю убежденность в том, что он действительно выполняет действия, которые были запрограммированы. Проще говоря, возникает выразительная "ломка" целостного ощущения ФИКЦИИ как ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ.
Поэтому возникает вопрос: как тут быть? Это препятствие не является совершенно непреодолимым, однако это та проблема, с которой технология и фантоматическая физиопатология должны как-то справиться. В настоящее время работы по выше обозначенной проблеме активно не ведутся просто потому, что имеются "большие сложности".