Сам доктор сидел в кабинете, вытянув длинные ноги в черных брюках, торчащие с другой стороны стола. Он смотрел на входивших по одному детей сквозь свои черные очки, и шевелил сомкнутыми под подбородком пальцами. Хлопотливая медсестра тетя Маша в белом халате измеряла детям температуру и подводила к доктору.
– Живот болит? – спрашивал доктор.
– Болит, – отвечал ребенок.
– Проглоти таблетку, – доктор давал ребенку красную таблеточку из горки, лежащей на блюдце.
– Почему вы всем одно и то же даете? – спросила вожатая первого отряда, сидевшая тут же в кабинете.
– Потому что диагноз один и тот же, – ответил доктор.
Потом медленно повернул голову в сторону вожатой:
– А вам надо съесть что-нибудь сладкое.
Он пододвинул к ней другое блюдце – с карамельками в блестящих обертках.
– Не надо мне сладкого! – воскликнула пионервожатая.
Потом выглянула в коридор.
– Странно, троих нет. Наверное, остались в корпусе. Уже второй отряд пришел.
– А я еще возьму – вкусные! – сказала тетя Маша, протянув руку к леденцам.
После таблеток дети вернулись в корпуса. Животы болеть перестали, но всем был прописан постельный режим до ужина.
– К ужину, – сказал доктор, – все пройдет. Но диета будет строгой. Я лично проверю все кастрюли, сковородки и все блюда. И если витаминов будет не хватать, я добавлю из своей аптечки.
Когда пионервожатая первого отряда отвела ребят обратно в корпус, то и там она не нашла троих из отряда. И неудивительно, потому что Ваня, Славик и их подружка Настя сидели под столом в игровой комнате, спрятавшись за грудой коробок с игрушками.
– Ты что, тоже мороженое не ела, – спросил Ваня у Насти.
– Конечно, нет. Я вообще мороженое не люблю. Тем более, когда оно появляется из воздуха, как будто фокус какой-то. Сразу было понятно, что оно не настоящее.
– И доктор какой-то странный, – вполголоса продолжил Ваня.
– Очень странный, как будто не настоящий, – согласились Слава и Настя.
– Надо вывести его на чистую воду, – предложил Ваня.
– Надо, надо! А как?
И все замолчали, задумавшись. Ваня крутил в руке пистолет с присосками, и думал, как он может пригодиться в случае с доктором. Слава мысленно строил большой воздушный змей, чтобы взлететь на нем и следить за доктором. А Настя представила, что стала помощницей доктора, и таким образом, все выведала.
– Оружие не поможет, – со вздохом сказал Ваня.
– И воздушный змей не подойдет, – добавил Слава.
– Предлагаю стать шпионами, – зашептала Настя.
Мальчики тут же восхищенно согласились с ней, и стали обсуждать детали операции.
Но тут в игровую комнату кто-то вошел. Это была вожатая, грустная из-за пропажи троих ребят.
– Придумала, – обрадовалась Настя и, с шумом раздвигая коробки, полезла из-под стола.
– Ой, как живот болит, – завопила она не своим голосом, а потом шепотом ребятам, – я заболею и меня оставят в лазарете!
– Ой! Ой! Ой! – стонала Настя, пока пионервожатая несла ее на руках в лазарет.
В дверях их встретила медсестра, и побежала впереди, причитая. В коридоре еще сидели ребята из других отрядов, которые сторонились и испуганно глядели на Настю.
В кабинете доктора, который по-прежнему сидел за столом, Настю положили на кушетку. Доктор встал и, растягивая тонкие бледные губы в резиновую улыбку, склонился над ней.
– Сильно болит?
– Ой! Ой, как сильно, не могу терпеть! – стонала Настя, краем глаза поглядывая за спину доктора в окно, за которым уже торчали две головы – Вани и Славика.
– Где болит? – похрустев пальцами, спросил доктор.
– Не знаю. Везде болит, – тут же придумала Настя. Сама-то она испугалась, что если укажет конкретное место, не сделают ли ей операцию. Слишком уж холодным и решительным казался доктор.
– Это очень хорошо, – сказал доктор. – Придется тебе задержаться здесь. Приготовьте, пожалуйста, палату.
Медсестра пошла дать распоряжения нянечке, а доктор взял блюдце с таблетками и вышел в коридор. Там он отдал блюдце вожатым.
– Все понятно. Дети заболели одним и тем же от неправильного питания. Раздайте им всем таблетки. И завтра – никакой беготни, никаких веселых игр. Выходить из корпусов только в столовую.
– Во что же играть? – спросила вожатая первого отряда. – У нас нет невеселых игр.
– Вот в ни-во-что и играйте. Знаете такую игру? Очень полезно для здоровья.
Вожатые только пожали плечами, раздали таблетки и увели ребят в корпуса. Доктор же вернулся в кабинет. К счастью, он не заметил, что пока никого не было, Настя встала и немного приоткрыла окно, чтобы мальчикам, спрятавшимся под ним, было слышно, о чем он говорит.
– Будешь принимать лекарство. Оно горькое. Но полезное.
Доктор раскрыл свой чемоданчик и достал черного игрушечного котенка.
– Возьми, поиграй. Любишь котят?
– Очень люблю, – чистосердечно призналась Настя.
– Ну вот и играй. Или, может, сама хочешь стать котенком? – вдруг спросил доктор.
– Хотела, только когда была совсем маленькой, – ответила Настя.
– Кошки – очень полезные для волше…, – доктор запнулся, потом кашлянул и продолжил, – создания.
– Для чего, для чего? – переспросила Настя, – вы сказали, для волше…?
– Тебе послышалось, вообще – полезные, – нахмурившись, ответил доктор и вышел со своим чемоданчиком.
Вместо него пришла нянечка, у которой полный карман был набит фантиками от докторских карамелек, и отвела Настю в палату.
Дождь и ветер за это время достигли такой силы, что стали совсем как ураган. Деревья гнулись к земле, под черными тучами было не разобрать, где кончается небо, пляшущие от ветра кусты перекрывали дорожки, самые ближние кусты малины и крыжовника лупили Ваню и Костю, все еще сидевших под окном лазарета, по рукам и спине. Вихри поднимали с земли какие-то обломки досочек, камешки и швыряли все это в стены лазарета с такой силой, что от стен отваливалась штукатурка, а целые комья земли летели на крышу.
– Надо вернуться в корпус, – сказал Слава, – вожатая заметит, будет искать.
– Ладно, по-позже вернемся сюда, когда все лягут спать, – согласился Ваня.
Насквозь промокшие они вернулись в корпус.
– Где вы были, я уже хотела начальнику докладывать, – накинулась на них вожатая.
– Мы к лазарету ходили, хотели Настю проведать, – честно ответили ребята.
– Ну, это вы молодцы, – успокоилась и подобрела вожатая, – только в следующий раз спрашивайтесь. А то поднимут тревогу из-за вас. И так покоя нет.
Это был очень и очень скучный вечер. Никто не веселился. Вожатая сидела на диване и читала книгу. Ребята играли кто в лото, кто в кубики, кто в куклы или машинки. Никто не смеялся и каждый время от времени позевывал.
– Что это они такие сонные сегодня, – шепотом спросил Славик у Вани.
– Я думаю, никакая это не болезнь. Это таблетки, которые доктор дал, их усыпляют. И животы у них от мороженого заболели. Помнишь, я говорил, что бабушка говорила?
– Точно, так и есть. Интересно, а Настя ела?
– Не знаю, надо у нее спросить. Главное, чтобы она лекарство от этого доктора не брала, предупредить надо.
В девять часов все умылись и разошлись по палатам, девочки в свою, мальчики в свою. Дождь продолжал лупить в окна, ветер стучал ветками берез по крыше, в общем, обстановка была такая, что даже страшные истории рассказывать никому не хотелось. И очень скоро все заснули.
Ваня дождался, когда вожатая через час вернулась, чтобы проверить, как спят мальчики, прошла по рядам между кроватей, поправляя одеяла, и снова вышла, плотно закрыв за собой дверь в коридор. Тогда он протянул руку и толкнул в плечо Славик. Они сели на кроватях напротив друг друга и некоторое время молчали, прислушиваясь. Но все было тихо. Никто из других ребят даже не ворочался.
– У меня фонарик есть, – сказал Ваня и полез под кровать, где у него, как и у других, хранился чемоданчик с вещами.
– А я возьму плащ, мне положили запасной. Вдруг Насте там надоело и она решит сбежать.
Ваня и Слава натянули прямо на пижамы верхнюю одежду и на коленках проползли по коридору на веранду. Из-под двери комнаты вожатой пробивался свет, но было тихо.